Публикация от 14 июля 2026

Накатило АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО Мартин не грустил. Это хилое слово для того, что он чувствовал. Он страдал, болел, погибал. Алексею было легче. Его сердце не рвалось к хозяйке Сони. Она для него просто знакомая с черной таксой. Проводил и забыл… Следы на песке с каждым годом становились все глубже. «Толстею, — думал Мартин, перебирая короткими лапами. — Ну и пусть. Хозяин тоже набрал весу. Это природа, и спорить с ней бесполезно. Как бы мы ни пыжились, старость – она старость и есть. Стирает нашу былую красу». Волна зашипела, облизала лапы, намочила пузо, прогнала мысли. Мартин оглянулся на хозяина. — Неужто плавать собрался? — удивился тот. «Шутит не иначе, — вздохнул Мартин. — Отплавал я свое. Теперь наше дело стариковское. Сидеть на бережку, смотреть, как волны дурачатся, облизывают прибрежный песок, швыряются всяким мусором... И вспоминать». Он посеменил к хозяину. Тот уже расстелил клетчатый плед. Проклиная артрит, уселся, вытянул ноги. Мартин устроился рядом. И уставился в сизо-синюю даль. Море гнало бесконечные волны, словно торопилось стереть непрошенные следы Мартина. Под это хорошо думалось. Память поднимала из глубин, казалось, давно забытое. ***** На Мартина накатило... Первая волна поцеловала его давным-давно. Почти шестнадцать лет назад. Он тогда был короче и мельче. Его крошечные, неглубокие следы море слизывало моментально. На мокрый поцелуй Мартин ответил лаем. Он испугался! А хозяин хохотал, глядя, как маленькая такса ругается на заигравшуюся волну. Это было обидно. — Мартюшка, ну ты боец! Море решил напугать? — Алексей подхватил Мартина, чмокнул в нос. — Не злись. Море доброе. Мартин понял это позже. А тогда ждал возвращения нахалки-волны, чтобы отомстить ей. Бросался с рычанием вперед, когда она с товарками набегала на берег, и ликовал, наблюдая, как они, шепча что-то, откатываются обратно. Глупо, конечно, но простительно. Мартин тогда был малявкой. Вся жизнь лежала у его коротких лап. Счастье гладило рыжую голову и дарило теплые дни один за другим. Алексей тоже был моложе. Пусть и хвастался, что он динозавр, который больше полувека топчет земной шарик. Мартин не знал, что такое динозавр. Но, судя по хозяину, это кто-то здоровый, крепкий и добрый. Он со временем полюбил море и больше не уворачивался от его настырных поцелуев. Наоборот, храбро бросался в воду и плыл. Алексей наблюдал, иногда кидал мячик. Мартин приносил и чувствовал себя победителем стихии. Только тогда море казалось беспечным и синим-синим. Наверное, молодость ярче раскрашивает мир. Старость бережлива, краски зря не тратит… Мартин вздохнул. Давно он не вспоминал о детстве. Пойти, что ли, снова поцеловаться с волной? Нет, лень. Страстные поцелуи – удел юных. Старикам положены редкие водные процедуры. Свои Мартин сегодня получил. Пузо только-только высохло. Море разочарованно прошипело, бросило на пляж бурую нитку водорослей и почерневшую от воды палку. Мартин прикрыл глаза. Второе воспоминание не заставило себя ждать… ***** Он все еще молод. И Алексей тоже не старик. Для людей время вообще по-другому идет. Если Мартин за три года успел из щенка стать взрослым мужчиной, то у хозяина только чуточку седины прибавилось. Они все так же ходят на пляж. Только Мартина теперь интересуют не мокрые морские поцелуи, а совсем другое. Он влюбился. Да так, что лапы подрагивают и хвост не слушается: пускается в пляс при ее появлении. А она делает вид, что не замечает! Но как Мартина можно не заметить? Он хорош! По-настоящему красив. Солнышко зажигает золотые искорки на его рыжей спине. Они гаснут, касаясь почти черной полоски шерсти, бегущей вдоль позвоночника. Уши длинные, тоже по краю оторочены темным. Недавно он узнал, что у него кабаний окрас. Это здорово звучит. Любовь Мартина зовут Соня. Простовато, но мило. Она брюнетка. Такая глубокая, словно морская пучина в грозу. У нее изящный длинный нос и симпатичная хозяйка. Хозяйку Сони зовут Любовь. Это кажется знаком.