Помело
MAX ·
И тут я вышел во всей своей красе. Твой немного обалдел, конечно. Он какого-нибудь Мурзика ожидал пухового. А тут целый петерболд!
«Вот это да, — говорит. — За ним же наверняка супер уход нужен!»
«Да ничего особенного, я тебе инструкцию составила», — зачирикала моя и файлик с руководством по моей эксплуатации твоему в руку пихает.
«Ты, если что, можешь Петра считать моим тебе прощальным подарком», — поставила моя жирную точку и давай нас выпроваживать.
«Пошли, Петр», — говорит твой.
Ну, я выпендриваться не стал, залез в переноску. Твой подхватил ее в одну руку, сумку с моим приданым – в другую. И вот я здесь…
*****
Жорик выслушал кошачью историю и даже сперва пожалел Петра. Ну, а как иначе? Под*лючая коту хозяйка досталась. Он и раньше подозревал, что Машка не сахар. Мишу вот кинула.
— Ты не переживай, Петька, не грусти. Миша у меня отличный мужик, — взялся он сочувствовать.
— Да я и не переживаю особо, — удивил его кот. — Наша порода не разбрасывается по мелочам. Мы все человечество любим, и собачество, кстати, тоже.
К кому-то одному раз и навсегда не привязываемся. Нам что важно? Чтобы предмет обожания был рядышком. А ежели он не желает, то можем и другой найти.
— Так ты сам, значит, как Машка твоя? Никого не любишь?
— Всех люблю, со всеми дружу. Но мне нужна взаимность. Без нее страдать, рыдать и в ночи подушку грызть я не согласный.
— Непонятное ты существо! — резюмировал Жорик и отошел в сторонку.
Он еще не решил, как будет относиться к Петру. Посмотрит по обстоятельствам…
*****
Жорик взялся наблюдать и вот, что понял: кот, похоже, вздумал занять его место в семье!
Он встречал Мишу у порога, бросался к нему, когда тот устраивался на диване. Мурчал без перерыва и лез обниматься.
«Тарахтелка несчастная, — злился Жорик. — А мой ему потакает. Наверное, папаши со своими детишками так не носятся, как мой Миша с этим Петькой!
Одевает его, наглаживает, моет, протирает, уши чистит. Играет столько, сколько со мной не играл! И кормит просто на убой. Как в этого клопа столько влезает, непонятно? Бесит!»
А кот словно и не замечал Жориковой неприязни. Приходил к нему под бок, когда Миша был на работе, устраивался рядышком:
— Давай поболтаем?
Жорик отодвигался, порыкивал:
— Уйди. Не желаю я с тобой болтать.
— Почему? — искренне удивлялся Петр.
— А сам не понимаешь?
— Ни сном, ни духом.
— Дура*чака-то не валяй. Вижу я, куда ты метишь. Целиком моим Мишаней завладеть хочешь. У, петерболд несчастный!
— А вот это обидно, — огорчался Петр. — От тебя это звучит, как ругательство. И ни на что я не покушаюсь. Просто я коммуникабельный. У меня это в крови.
— Подхалимаж у тебя в крови. Иди отсюда, плешка!
Петр вздыхал, уходил и жаловался Мише. Жорик злился еще больше. Отношения становились все хуже. Миша это заметил. И решил побыть миротворцем.
Однажды он кидал Петру мячик, тот, словно ужаленный, гонял его по квартире. Жорик хмуро наблюдал за ними из-под стола.
— Жорка, ну чего ты там мухоморничаешь? Иди с нами поиграй, — позвал его Миша.
«С нами? — Жорик задохнулся от возмущения. — Раньше только со мной играли, а теперь я сбоку припека. Ну уж нет, спасибочки!»
Он показал галопирующему Петру зубы и ушел на кухню…
*****
