Публикация от 22 июня 2026

Ближе к небу АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО Зойка верила, что рано или поздно ее заберут наверх. Как это будет, она не знала. Может, спустят лестницу или пошлют кого-то. Но это все детали. Главное – она нашла место, которое ближе к небу. «Стресс», — говорила Маша. «Блажь», — считал ее муж Сергей. Но Зойка не слушала. Она просто ждала. Ну да обо всем по порядку... ***** Раньше у черной кошки Зойки была бабушка Катя. Шестнадцать лет вместе. Хорошо жили, в любви, согласии, и о плохом не думали даже. Вернее, это Зойка не думала. А бабушка Катя, как перешагнула седьмой десяток, расхворалась, и мысли у нее невеселые появились. Особенно в последний год. Бывало, возьмет Зойку на колени, телевизор включит и давай кошку наглаживать. Диктор бухтит, кошка мурчит, а бабушка Катя словно и не слышит. Бродит думами где-то. А потом выдаст что-нибудь эдакое: — Уйду я скоро наверх, Зоюшка. Чувствую, время мое подходит. Зойке прямо нехорошо делалось. Ну вот чего об этом раньше времени говорить, душу рвать? Все там будем… А бабушка Катя продолжала: — Ты, главное, не горюй сильно. Тебя соседка Маша забрать обещалась. Она хорошая. Ну, ты знаешь. Зойке становилось совсем тоскливо. Она прижималась к хозяйке покрепче, старалась согреть, успокоить, тревоги прогнать. Прижималась и чувствовала, как похудела бабушка Катя, словно истаяла. И понимала: она и правда скоро уйдет! Это было так страшно, хоть вой. Только вот не поможет. Тут бойся, не бойся, толку никакого. Надо просто жить, каждому дню вместе радоваться. И не думать о том, что с ее уходом половинка сердца у Зойки останется. Как тогда жить? Получится ли? Время поблажек не делает. Чихать оно хотело на кошкины переживания. Тикает, сколько положено, а потом останавливается. Для бабы Кати стрелки замерли в самом начале лета... ***** Зойкин мир опустел, затих, выцвел. Неважно все стало. Она лежала в углу, сливаясь с тенями, и ничего не ждала. Соседка Маша еле ее нашла, подняла на руки, словно черный безвольный кулек: — Зоюшка, пойдем… «Куда, зачем? — подумала Зойка. — А впрочем, какая разница. Куда бы она меня ни потащила, там нет бабушки Кати». Ее принесли в квартиру напротив, поставили на пол в прихожей: — Осваивайся. Зойка принюхалась. Пахло чужим. Захотелось спрятаться, затаиться, закрыть глаза и исчезнуть. Чтобы больше не теребили, не трогали, не говорили чужим голосом «Зоюшка». Надо найти тихое место. Только вот где? Она заглянула в первую комнату. Мужик за компьютером. Муж Машин, наверное. Во второй комнате жил телевизор, стоял перед ним диван. Чистенько, симпатично, светло. Прятаться негде. Зато третья порадовала. Маленькая, почти кладовка, вещей куча, окошко. И шкаф! Старый, огромный. Прямо дом в доме. Полкомнаты занимает. Зойка забралась наверх. Самое то! Места много, почти как на родном балконе. Лезть никто не будет. Высоко. К небу близко. А на небе бабушка Катя… А что, если попросить высшие силы, пусть заберут и Зойку. Не сможет она привыкнуть к чужим. Мысль ей понравилась. Кошка прикрыла глаза и взмолилась: — Возьмите меня наверх. Бабушка Катя ждет. И я без нее не могу. Всю жизнь мы вместе были. Так зачем же сейчас нас развели? Неправильно это. Ответа не было. «Надо подождать! — решила Зойка. — У высших сил дел много, наверное. Как освободятся, может, и спустят мне лесенку или провожатого какого пришлют. А нет, так я снова попрошу». И она устроилась ждать… ***** Маша тем временем искала Зойку. — Куда же она запропастилась-то? Сережа, ты не видел? — Сюда заглядывала, а потом... Не знаю. В комнате со старьем посмотри. Только ноги не переломай. Давно там разгрести пора. Хлам на помойку выбросить. Особенно этот доисторический шкаф. — Ой, не начинай. Разгребем, — отмахнулась Маша. Дверь в комнату-кладовку и правда была приоткрыта. Маша вошла, огляделась. Да тут слона-альбиноса не найдешь, не то что черную кошку! Прав муж, пора порядок навести. А то после папиной смерти три года назад все его вещи сюда сгребли, да и забыли. Маша давно грозилась разобрать. Только все руки не доходили…