Публикация от 18 мая 2026

Она не любит собак АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО — Ну, кто меня тут ждет? — Кузьмич вошел на кухню, увидел собаку и осекся. Боже, как же она была похожа на Фроську! На ту, еще молодую, забавную, доверчивую девчонку, которая когда-то встретилась ему на улице… Дружба – загадочная штука. Иногда между такими разными людьми случается, диву даешься. Вот, например, Иван Петрович и Сергей Кузьмич дружили лет сто. С первого взгляда и не поймешь, что же этих двоих связывало. Разве что возраст почтенный. А в остальном... Петрович кругленький, маленький, спокойный, давно женатый. Супругу Ольгу любил, так тоже бывает. Хотя, по мнению Кузьмича, любить ее особо было и не за что. Баба она вредная и сварливая. Впрочем, таковы почти все женщины. Сам Кузьмич холостой. Несмотря на то, что внешностью боженька не обидел: скроил ладно. Рост выдал богатырский, шевелюру густую, но вот характер... Самый что ни на есть мухоморный подобрал. Впрочем, Кузьмич по этому поводу не слишком расстраивался. Наоборот, с годами прикипел к своей независимой жизни: — Нужен мне этот брак, как рыбе зонтик! Ты только вдумайся, Петрович: узы брака! Узы! Это же прямо как в тюрьме! Не желаю я быть узником! Поэтому одиночество Кузьмича скрашивала черная дворняга Фроська. Много лет назад сама к нему подошла на улице, в глаза заглянула, душу лапой потрогала: «Можно войти?» Кузьмич не устоял, впустил, домой привел. И ни разу не пожалел. Чудесная девка! Преданная, верная, красивая, умная. Женщин с таким набором качеств и в природе-то нет! Петрович считал иначе: — Скандальная у тебя псинка! Да к тому же избалованная, — говорил он Кузьмичу, за что немедленно получал сдачи. — Твоя жена, можно подумать, лучше! Да хуже во сто крат. Фроська полает пять минут и успокоится, а твою Ольгу так запросто не заткнешь! Петрович, конечно, обижался: — Вот это ты зря! Оля, может, и ворчит иногда, зато любит! — Фроська тоже любит! И ругается, заметь, только на посторонних. Да и то за дело! Помяни мое слово, собака просто так лаять не станет. В отличие от женщины… — Ну тебя к лешему! Во всем ты нормальный мужик, а вот до своей собаки прямо больной! — серчал Петрович. — Завидуй молча! — ставил точку Кузьмич. На этом обычно спор иссякал, грань друзья старались не переходить. Чего ссориться из-за единственного разногласия. Во всем остальном у них полное взаимопонимание. На рыбалку – вместе, за грибами – вместе, на дачу – тоже вместе! ***** Хотя поездки на дачу были, прямо скажем, испытанием. У Кузьмича машины не было. Зато у Петровича имелась старенькая «Волга». Вот в нее-то вечером пятницы они и грузились все вчетвером. Кузьмич с Фроськой на руках, сердитая от такого соседства Ольга и сам Петрович, хмурый в предвкушении дороги. «Волга» трогалась, и начиналось! — Держи ты свою собаку крепче, всю машину изгваздала, меня истоптала, рассаду помяла! — ругалась Ольга. — Да я и так держу! Она на твою рассаду даже не смотрит, — защищал Фроську Кузьмич. Фроська ворчала и ерзала у него на коленях, Петрович вздыхал и крутил руль. Под споры и ругань время в дороге пролетало незаметно. И это плюс. Минус был в том, что дома друзей стояли бок о бок. Так что отдых периодически взрывался скандалами: — Собака твоя опять подкоп к нам делает! — слышалось поутру. Следом раздавалось тявканье. Фроська отвечала Ольге. Сонный Кузьмич появлялся на крыльце, переводил с собачьего: — Она говорит, что со своей стороны копает! Имеет право! Миротворцем выступал Петрович. Он появлялся последним и говорил что-нибудь вроде: — Оленька, не ругайся. Мы сейчас все втроем на рыбалку отправимся. — А помогать мне кто будет? — Я, только позже. Зато тебе сейчас никто не станет мешать, если мы уйдем, — изворачивался Петрович. — Годится? — Проваливайте! — бурчала Ольга. Она Кузьмича не шибко жаловала. Ну, это же не повод мужниной дружбе мешать. Друзья настоящие – нынче большая редкость. Даже с такими недостатками, как вредная собачонка! Пусть идут… *****