Публикация от 27 марта 2026

Когда они довели коров до нужного места, Егор по обыкновению прилёг у дерева и изволил почивать. Пёс же пристроился неподалёку и стал смиренно и покорно наблюдать за обстановкой вокруг, стараясь не производить лишнего шума. Лишний шум хозяина расстраивал. Это он понял, впервые получив палкой по спине за лай во время хозяйского сна на работе. Больше таких ошибок Пёс не допускал. Коровы занимались своими коровьими делами. Егор – своим человечьим делом. И только Псу было совершенно нечем заняться. Серые поля простирались перед его взором, упираясь в лес. Чёрно-белые пятнистые коровы неуклюже расхаживали туда-сюда, щипая травку, а Пёс всё думал о своём предназначении. Вернее сказать – мечтал. Подобно греческому юноше, наслушавшемуся мифов о Геракле, ему хотелось совершить свой подвиг, после которого он смог бы сказать себе, что не зря живёт на этом свете. К сожалению, окружавшая его реальность не располагала ни к подвигам, ни к хоть сколько-нибудь значимым поступкам. Доходило до того, что Пёс начинал завидовать своим сородичам, сидящим на цепи круглыми сутками! У них хоть есть какой-то смысл: лаять, когда по улице идёт чужой, и лаять яростно, когда к хозяевам приходит какой-нибудь новый гость. А у него – у Пса – что? На кого ему лаять? На коров пробовал – им всё равно. Лаять на хозяина травмоопасно. Вот и остаётся только выть волком на луну по ночам, да и то не всегда получается: из коровника, в котором он спал, луны видно не было. Вдруг, по обыкновению сверля мечтательно-скучающим взглядом тёмный лес за лугами, Пёс заметил какое-то движение. Иногда оттуда прибегали зайцы, которым почему-то не спалось днём, но то было лишь пару-тройку раз на его памяти. Фигуры же, мелькнувшие в зарослях сейчас, были на порядок больше и мохнатее зайцев… Ещё несколько мгновений спустя восемь серых и грациозных силуэтов, наконец, вышли на свет, и Пёс, увидев их, был поражён тем, насколько похожи они на его сородичей. Только что-то в их облике, всё же, выдавало в них чужаков. То ли это голодный взгляд, то ли необычайно пушистые хвосты, то ли зубы, с которых на траву медленно стекала вязкая и тягучая слюна. Серые пришельцы безотрывно смотрели на коров, всё также щипавших траву и не замечавших решительным образом ничего. Пёс сомневался: стоит ли ему беспокоиться? С одной стороны, конечно стоит! Ведь за этим он и здесь: предупреждать хозяина обо всём, что покажется ему необычным или подозрительным. Но с другой, хозяин сам, вроде бы, никак не реагирует, а значит, к чему беспокоиться? Если надо – так он возьмёт и прогонит этих серых бродяг, а если нет, то и волноваться не о чем. И всё же, когда Пёс увидел, как стая серых существ резко бросилась к стаду, подняв в нём панику, он решил залаять и разбудить хозяина, а уже потом, увидев его реакцию, выстроить и своё поведение. Егор проснулся не сразу. Ещё какое-то время ему казалось, что лай Пса ему только снится. В конце концов, когда он открыл глаза, его охватил ужас. — Ох ты ж, твою за ногу… — пробормотал он, вставая по стволу дерева, облокотившись на которое он минуту назад мирно спал, не зная забот. Волки стали загонять коров и пытаться определить самую слабую и податливую особь, в которую можно было бы всей стаей вонзить клыки. Ещё несколько секунд бездействия, и всё должно было кончиться трагедией для кого-то из крупнорогатых бедолаг. Пёс с надеждой глянул на Егора, рассчитывая, что тот-то уж точно придумает что-нибудь. Он ведь хозяин! Не бог весть какой, но хозяин. Человек. Он мудр и должен точно знать, что делать в этой ситуации. И Егор знал: для себя он давным-давно решил, как именно будет действовать, если увидит подобного рода опасность. С прытью, которой позавидовали бы рыси, Егор вскарабкался на дерево, перепрыгивая от ветки к ветке, пока, наконец, не оказался на безопасном возвышении.