Ленинградский блокадный ребенок, потерявший в мясорубке голода папу, сестру и бабушку.
Ученица великого Герасимова. Одна из ярчайших звезд 60-х, чья героиня из фильма «На семи ветрах» покорила мир.
Народная артистка России. Мало?
Четыре строчки. А в них вся жизнь и этого достаточно, чтобы Ларису Лужину помнили всегда.
А есть еще стихи, посвященные ей Булатом Окуджавой и романтическая история с Высоцким на съемках «Вертикали». Там в главных ролях только горы и мужчины, и среди них ослепительная Лариса - одна из немногих непокоренных вершин гениального барда.
Сейчас неизвестные музы Высоцкого плодятся в геометрической прогрессии. С каждым годом их все больше и больше, и рассказы у всех зеркальные: каждой он пел, каждую потом сильно любил.
А Ларисе есть, чем гордиться, поскольку факт остается фактом: свое знаменитое «Ну что мне до нее, она была в Париже» Высоцкий посвятил не Влади, а ей.
На одном этом можно было сколотить состояние на всяких тв-шоу, а она до сих пор утверждает, что между ними ничего, кроме песни, не было.
А вот тот самый стих, что Булат Окуджава, великий бард и поэт, посвятил своей очаровательной музе.
Море Черное
Непокорная голубая волна
все бежит, все бежит, не кончается.
Море Черное, словно чаша вина,
на ладони моей все качается.
Я все думаю об одном, об одном,
словно берег надежды покинувши.
Море Черное, словно чашу с вином,
пью во имя твое, запрокинувши.
Неизменное среди многих морей,
как расстаться с тобой, не отчаяться?
Море Черное на ладони моей,
как баркас уходящий, качается.
