Публикация от 14 октября 2026

Пошёл седьмой месяц, как Люсьен Ивановне было плохо. Болела голова, скакало давление, суставы ломило так, будто каждую ночь по ней катался КАМАЗ. Но Люсьен знала - никакого грузовика не было. И знала она это точно, потому что почти не спала всё это время. А когда организм проваливался в забытье - ей снились кошмары. Страшные, ужасные кошмары, в которых человек без лица, в полицейской форме, предлагал выбрать ей последний ужин. ЕЁ последний в этой злосчастной жизни ужин. А потом она давилась этими блинами с черничным вареньем, запивая сладким зелёным чаем. Последний взгляд на луну сквозь решётку на маленьком окне. Последнее письмо детям и внукам. Последняя улыбка. Последняя слеза. И бесконечные коридоры, как чёрные лабиринты. Маленькая комната. Плаха. И всё тот же безликий мент с огромным топором... Ивановна просыпалась от собственного крика: - Я раскаиваюсь!!! Я не специально!!! Просто не подумала!!! Она вскакивала с кровати и в полубессознательном состоянии бежала к двери - проверить засовы и на всякий случай посмотреть в глазок - не стоит ли на лестничной площадке страшная фигура из сна. Темнота сжималась вокруг Люсьен даже в самые солнечные дни. Небо опускалось всё ниже и становилось всё мрачней. Не хватало воздуха. Страх сковывал до судорог... Каждую секунду её никчёмного теперь существования, в голове билась только одна мысль: - Зря я тогда в комментарии в Максе написала это ужасное слово... Конечно - удалила сразу, но интернет всё помнит... Меня найдут. Я знаю - найдут и накажут. И я никому не смогу доказать, что это Т9 в моём телефоне исправил слово "дома" на "ЖОПА"....