Когда я был маленький, то каждое лето ездил к бабушке на хутор. Свежий воздух, цветущая природа, тёплые вечера и шайка нас, озорных пацанов, которых родители отправляли гостить к бабушкам и тёткам с началом летних каникул.
Мы ходили на озеро, ловили рыбу и строили шалаши, в общем, делали всё, что делают мальчуганы 10-13 лет.
Одним летом, наше внимание привлекло старое заброшенное здание на другой стороне озера. Решив, что уже созрели для такого рода приключений, 3 юных исследователя в лице Лёхи, его младшего брата Вани и меня, собрались в экспедицию.
Шли мы долго, часа 3 с половиной. Не знаю, что там было раньше, то ли рабочий цех, то ли поместье, то ли что-то ещё. На хуторе про здание почему-то не говорили.
Придя на место, мы повсюду обнаружили сломанные ветки и кирпичи, а на второй этаж вела сомнительной надежности лестница. Конечно, это нас не остановило, и мы побежали обследовать территорию.
Лёха и Ваня полезли наверх, а я остался внизу рассматривать кучку ржавых железяк.
Вдруг, мои колени прошиб поток ледяного воздуха. Я отскочил в сторону и увидел то, из-за чего в 13 у меня появилась первая седина. Передо мной парила тёмная дымка, постепенно приобретающая очертания человека.
Эта субстанция что-то невнятно бормотала на странной частоте, как будто беззвучно. Но я прекрасно её слышал. И чем больше я пытался понять бормотание, тем более слабой становилась моя связь с реальностью.
Пришёл в себя я, наверное, только из-за вновь возникшего болезненного холода в коленях и вылетел из заброшенного здания со скоростью новой «Феррари». На мои крики прибежали и остальные члены исследовательской шайки.
Дальше я ничего не помню, т. к. находился в шоковом состоянии ещё пару дней. Знаю только то, что больше на хутор не ездил, а Лёха ещё не раз наведывался в страшный дом, пока однажды его не нашли где-то в подвале с переломанными ногами. Как он там оказался, не помнит до сих пор.
