Моя соседка залила мою машину бетоном, заявив, что она «закрывает ей вид на озеро», — но моя восьмилетняя дочь быстро стерла улыбку с её лица
Всё, чего Сэманта хотела, — тихое место, где они с дочерью Оливией наконец смогли бы почувствовать себя дома. После смерти отца она унаследовала небольшой дом у озера. Дом был старый: облупившаяся краска, просевшее крыльцо, скрипучие перила. Но для Сэманты он значил свободу: больше никакой аренды, тесных квартир и постоянного страха не справиться.
Оливия, которой было восемь, сразу влюбилась в новое место. Она босиком носилась по высокой траве за домом, нашла лягушку и назвала её Кевином. У девочки теперь был двор, собственная комната и окно с видом на деревья.
Сосед Гарольд оказался добрым пожилым мужчиной, другом её покойного отца. Он рассказал, что они вместе рыбачили на причале, и сразу предложил помочь с ремонтом крыльца. Гарольд был подрядчиком на пенсии и признался, что без работы руками начинает сходить с ума.
Но не все соседи встретили Сэманту тепло. Из дома на склоне, с балконом и видом на озеро, за ней наблюдала Валери — состоятельная женщина в шёлковом халате. Её раздражал старенький синий Chevrolet Сэманты, припаркованный на единственной подъездной дорожке у дома.
— Уберите эту развалюху, — заявила Валери. — Она портит мне вид на озеро.
