В деревне Лесной кряж, где родилась моя прабабушка, жил колдун. Так его все называли. Он умел странные вещи творить. Мог снимать младенческие испуги: водил рукой по детскому лобику, и ребенок плакать переставал. А то ведь бывает так: напугает младенца что-то – громкий звук ли или упадет с кроватки на пол вдруг, – и будет плакать потом постоянно без причины, мать изводить. Такого младенца колдуну сразу несли.
Заикающихся детей-взрослых вообще одним махом излечивал:
– Хватит заикаться! – говорил, и человек слушался и не заикался больше.
А вот однажды хоронить поехали одного старичка. Как вдруг на полдороге кони встали, отказываются вперед идти. Били их, нукали на них, а они ни в какую: ни вперед, ни назад. И тут колдун навстречу едет и говорит:
– Спит ваш мертвый. Не мертвый он.
Потребушил того, кто в гробу лежал, и тот «ожил». В летаргии был старичок, оказывается. Чуть было заживо его не похоронили.
Еще этот колдун раны заговаривал, знал рецепты лечебные. И венцы безбрачия снимал одной левой. И пропавших людей помогал находить.
У отца моей прабабушки брат-купец пропал вместе с обозом по дороге на ярмарку. Колдун попросил обратившихся к нему за помощью родственников провезти его по маршруту пропавшего купца. И в одном месте попросил телегу остановить. Вышел, пошел в лесок, и там нашли труп купца: ограбили его и топором зарубили, оставив без последней рубахи буквально.
Слухов и подозрений много ходило о колдуне этом. Боялись его сильно, но платили щедро: богатым он был. Страшнее всего было молодым, когда он на свадьбу без приглашения являлся. А он постоит, посмотрит на молодых своими черными глазами, как буравчиком дырявил взглядом, а потом выносил свой вердикт: «Недолго прожить вместе вам!» Это значит, умрет из них двоих кто-то вскоре. Или: «Добром сочлись, дом полный будет!»
А вот на досуге для души любил он пошалить с людьми. Сейчас скажут, что он был просто гипнотизер. Потому что его любимым развлечением на старости лет было заглянуть в избу на девичьи посиделки.
Придут девки, по лавкам сядут, вязание-шитье-вышивание с собой возьмут, лампадки-свечки позажгут и шушукаются о парнях. А тут дверь распахивается, и колдун кричит:
– Девки, потоп! Потоп, девки! Вода подступает! Уже по колено воды!
Девушки с визгом вскакивают и видят – вода, вода под ногами, с пеной, мутная! Они на лавки запрыгивали с визгом и платьица поднимали, чтобы якобы не замочить.
Прабабушка рассказывала моей бабушке: «Ну впрямь смотрю – вода, вода и есть, прямо под ногами, – а чтобы спастись, мыслей нет, только колдуна надо слушать, что делать».
А колдун кричит:
– Потоп, потоп! Вода все выше, выше, - поднимайте платья выше!
Девушки, вереща, на стол запрыгивали, а платья все выше и выше задирали.
– Выше! Выше! – кричал колдун.
А ведь тогда нижнее белье считалось барской роскошью…
