Отгремела свадьба. Начались семейные будни. Жили мы с мужем дружно, только одно огорчало и нас, и всех потенциальных бабушек и дедушек.
И вот через три года наступила долгожданная беременность. Все от счастья чуть не сошли с ума. Беременность моя протекала нормально. Хотя лет мне было почти тридцать и, как говорила моя мама, в ее время меня бы считали старородящей.
Рожать я не боялась совсем, потому что прочитала кучу литературы, просмотрела несколько фильмов и казалось, что о родах я знаю все. И даже больше. Но, начиная с 37-38 недели я перестала спать по ночам, сны снились кошмарные. А днём несколько раз ловила себя на мысли, что смотрю в окно и думаю: "Вот двор, где я родилась; прощай, мой милый двор, больше не увидимся." И так со многими предметами прощалась. Потом опомнюсь и сама себе говорю: "Стоп, о чем ты, бестолковая, думаешь? Тебе о родах и дочке надо думать!".
Собираясь в роддом, я инстинктивно не взяла себе одежду на выписку - дочке взяла, а себе нет.
И вот, начались роды. Сначала все шло по плану, сильнейшие схватки, боль, которая тебя раздирает пополам. Сделали эпидуральную анестезию. Но меня она почему-то не взяла. Боль не прекращалась. В родовой палате я лежала одна, а врачи и медсестры периодически ко мне заглядывали и уходили опять по своим делам. И так часов 12 прошло. От боли я уже ничего не соображала, только мычала при виде медперсонала. Потом сделали спиральную анестезию и решили делать Кесарево сечение. Положили на стол, поставили ширмочку и стали чего-то с другой стороны ширмочки делать. А рядом со мной стоял анестезиолог и держал меня за руку. Шутил шуточки и поддерживал меня, как мог. И вдруг я вижу: вместо анестезиолога стоит женщина и, что самое главное, в вельветовом платье в цветочек. Я удивилась, вот, думаю, дожили, уборщица в операционную пришла. Повернула голову, а с другой стороны тоже женщина стоит, помоложе немного, и молчит. А старая держит меня за руку и говорит: "Нет, милая, чего-то ты не то делаешь, ты же ни с мамой, ни с мужем не простилась, да и дочку свою не видела. И мест у нас на сегодня нет. Иди домой." А я говорю: "Не хочу уходить, мне здесь так тепло и уютно." А бабка эта в вельветовом платье рассердилась и говорит: "Меня Лена никогда не простит, если на поводу у тебя пойду, марш домой". А та, что помоложе, так рта и не раскрыла.
Я проснулась от луча солнца, который светил мне в глаза через окно. А был жаркий месяц июль. Тот час же прибежал врач и говорит: "Ну, слава Богу, вернулась." А я ничего понять не могу: откуда вернулась, ведь я никуда и не уходила.
Оказывается, все во время операции пошло не по плану. И я чуть не умерла. Но врачи сумели провести правильные реанимационные действия, и я выжила. И вернулась к дочке. И уже дома мы с мамой разобрались, что старушка в вельветовом платье - это моя прабабушка, и хоронили ее именно в этом платье. А Лена, которую боялась огорчить прабабушка, - это моя мама, то есть ее внучка. А вот кто была вторая женщина, мы не смогли догадаться, и какова была ее роль в моей операционной - так и осталось загадкой.
Автор - Лена гамеза.
