Просто нужно верить
В зрелом возрасте у человека должно быть хоть что-то своё: жилье, профессия, семья, дети, имущество. А у меня ни жилья не осталось, ни семьи. Дети с бывшей женой у ехали жить в другую страну, причем квартиру, которую я им оставил при разводе, продали.
— Непутевый ты, Шурик, — сердилась моя старшая сестра. — Говорила тебе: подели квартиру через суд, а ты взял и отдал!
— Так детям же!
— Да какая разница? Так бы у тебя хотя-бы комната в спальном районе была ... Я уклонялся от объяснений. Не мог я судиться с бывшей, какой-бы стервой она ни была. Это не по - мужски. Тем более — у детей, что ли, отбирать ?
Словом, я мотался по съемным квартирам и комнатам, искал что подешевле — с работой было туго. Внезапно наступила черная полоса: пришлось мне уволиться с работы, а вслед за этим я заболел. Лег в больницу, меня прооперировали ... Через два месяца оклемался, подвел итоги и понял, что отныне я неимущий. Заплатить за следующий месяц проживания в той комнате, где я ютился, было нечем. Позвонил старому другу, бывшему коллеге.
— Можно пожить у тебя недельки две?
— Ну, — растерялся он, — сначала приходи в гости, поговорим.
Рассказал я Володе про свои обстоятельства. Запас отложенных денег ушел на врачей и лекарства, работы нет — значит, оплачивать съемное жилье пока нечем. Из имущества остался только ноутбук, да и тот уже старенький. Хуже всего, что я еще не совсем здоров. Искать работу буду, но...
— Да, помочь тебе может только чудо. А чудес не бывает. Они, если и случаются, то плохие, — вздохнул друг, который был по жизни скептиком. — Вот у меня видишь - свои обстоятельства? Поживи немного, но учти... Сам понимаешь...
Я понимал. У Володи на руках жена, которая может передвигаться только в коляске, и совсем больная мама.
— Что-нибудь придумаю, - пообещал ему. — Спасибо!
После неудачных попыток найти работу я скис. Пришло время становиться бомжом? Ночевать под мостами, зарастать вонючей бородой, рыться в объедках? Ощущение, что я сижу в глубокой яме и не могу вылезти, не покидало меня. Из-за нервов даже вкуса еды не чувствовал... Ночью приснился отец. Он стучал своей палкой по полу и что-то кричал, я проснулся весь в холодном поту. Такое было, когда сестра сманивала его эмигрировать в Израиль, а он кричал, что хочет умереть дома. Вскоре и правда умер... Сестра забрала маму, а я остался...
- Давно не был на кладбище, — пробормотал сам себе. — Надо сходить, проведать отца...
Лил мелкий противный дождь. Кое-как я навел порядок вокруг каменной плиты, зажег свечу, смахнул слезы и ушел. В груди поднималось желание лечь рядом с папой, и в то же время было себя нестерпимо жалко. Не старый ведь еще...
— Шурик, привет! — окликнули меня на остановке троллейбуса. Одноклассница, Виктория. Давно не виделись... Надо же...
- Привет, Вика. Как ты? Пойдем, посидим в кафе.
Оказывается, она тоже ходила на кладбище, к маме. Разговорились о том о сем. Выглядела Виктория не очень, но я старался этого не замечать: сам ведь тоже не молодею.
