Между жизнью и смертью...
Так уж получилось, что лежала я в онкологии ровно 20 дней. Лежала в буквальном смысле, причем в одиночной палате, потому что так легче не соприкасаться со страданиями других людей. Ведь когда из онкологии выходят, то идут в основном не на поправку, а на «доживание»: у кого орган важный вырезан, у кого три курса химеотерапии впереди с неясными перспективами, у кого метастазы в костях, - а это уже неизлечимо, как ни пыжься. И если из онкологии на своих ногах выходят, то это называется «ещё повезло», а если не повезло, и рак оказался неоперабельным или был прооперирован на слишком поздней стадии, то люди умирают прямо на глазах у других людей в соседних палатах…
У меня в соседней палате за тонкой стенкой, через которую все было слишком хорошо слышно, лежала женщина лет 65-ти. Татьяной звали. К ней по очереди приходили то ее сын, лет 30-ти, то муж, ее ровесник. И оба приглашали ее жить к себе после выписки. Сын говорил:
- У меня там все растет: и свекла, и кабачки, и, - не поверишь, - так много вишни уродилось в этом году! А Мариванну помнишь? Так она приходит, на лавочку садится и вяжет свои носочки длинными спицами! Тебя все время вспоминает. Жду я тебя у себя, в общем. Я твою комнату обустроил, занавесочки ажурные повесил, как ты любишь! И скучаю я без тебя сильно, мам…
Татьяна вроде соглашалась на приглашения сына переехать к нему.
Но на следующий день в ее палату приходил муж и как ни в чем не бывало гнул свое:
- Ты выздоравливай давай поскорей, а то кто еще мне подскажет, как лучше ограду для огурчиков поставить! Я на участке уже лилии высадил, белые, твои любимые! Скоро фото тебе принесу, они уже расцвели почти. Бутоны здоровенные, а раскроются тогда, когда ты ко мне приедешь! И в твоей комнате я кровать уже так поставил, чтобы тебе через окошко наш сад было хорошо видно. Я там птичкам домики на деревьях повесил, чтобы они тебя развлекали, когда телевизор надоест смотреть! Они тебе такое «в мире животных» покажут!..
