Никто не заплачет
Старичок с трудом поднялся с кровати и, держась за стенку, пошёл в соседнюю комнату. В свете ночной лампы, подслеповатыми глазами посмотрел на свою лежащую супругу:
«Не шевелится! Уж не умерла ли? – опустился на колени. – Вроде, дышит».
Встал и медленно поплёлся на кухню. Выпил кефир, сходил в туалет. И пошёл в свою комнату.
Лег на кровать. Не спится:
«Нам с Леной по девяносто лет. Сколько прожили?! Скоро умирать, а рядом никого нет. Дочка, Наташа умерла, шестидесяти ей ещё не было. Максим в тюрьме умер. Есть внучка, Оксана, так она в Германии живёт уже лет двадцать. О дедушке с бабушкой и не вспоминает. У неё уже и дети, наверно, большие».
Не заметил, как заснул.
Проснулся от прикосновения руки:
- Костя, ты живой? – раздался еле слышный голос.
Открыл глаза. Над ним наклонилась супруга.
- Ты, что, Лена?
- Смотрю: не шевелишься. Испугалась, подумала: умер.
- Живой ещё! Иди, спи!
Раздались шаркающие шаги. Щелкнул выключатель на кухне.
Елена Ивановна попила воды, сходила в туалет и направилась в свою комнату. Легла на кровать:
«Вот так, когда-нибудь проснусь, а он мёртв. Что буду делать? А может сама раньше умру. Костя уже и наши похороны заказал. Вот уж никогда не подумала бы, что свои похороны можно организовать. С другой стороны, хорошо. Кто нас похоронит? Внучка про нас совсем забыла. Соседка Полина только и заходит. У неё ключ от нашей квартиры есть. Дед ей по десять тысяч с нашей пенсии отдаёт. Она и продукты покупает и лекарства в аптеке. Куда нам деньги девать? Да и с четвёртого этажа мы уже самостоятельно не спустимся».
Константин Леонидович открыл глаза. В окно заглядывало солнце. Вышел на балкон. Увидел зелёную верхушку черемухи. На лице появилась улыбка:
«Вот и до лета дожили!»
Пошёл проведать супругу. Та задумчиво сидела на кровати.
- Ленка, хватит грустить! Пойдём, что-то покажу.
- Ой, совсем силы нет! – старушка с трудом поднялась с кровати. – Что ты там надумал?
- Идём, идём!
Поддерживая за плечи, довёл до балкона.
- Смотри, черёмуха зелёная! А ты говорила: не доживём до лета. Дожили!
- Ой, и правда! И солнышко светит.
Они сели на скамеечку на балконе.
- А помнишь, как я тебя в кино пригласил. Ещё тогда в школе. В тот день черёмуха тоже зеленью покрылась.
- Разве такое забудешь? Сколько лет с тех пор прошло?
- Семьдесят с лишним… Семьдесят пять.
Долго сидели молодость вспоминали. Многое на старость лет забывается, иногда даже то, что вчера делал, а молодость, она никогда не забудется.
- Ой, заговорились мы! – встряхнулась супруга. – А ведь ещё не завтракали.
- Лена, ты хороший чай завари! Надоела уже эта трава.
- Так нам нельзя.
- Хоть жиденький и сахару по ложечке добавь.
Константин Леонидович пил этот слабо заваренный чай, запивая им небольшой бутербродик с сыром и вспоминал те времена, когда на завтрак, чай был крепкий и сладкий. Да ещё с пирожками или беляшами.
Зашла соседка. Одобрительно улыбнулась:
- Как у вас дела.
- Какие могут быть дела у девяностолетних? – пошутил дед.
- Ну, если шутишь, значит всё нормально. Вам что купить?
- Полина, купи, мяса! – попросил Константин Леонидович.
- А вам же нельзя.
- Куриное-то можно.
- Ладно, куплю. Сварю вам суп с лапшой!
- Полина, купи что-нибудь от сердца, - попросила старушка.
- Елена Ивановна, я же вам недавно покупала.
- Кончились уже.
- Может врача вызвать?
- Не надо.
Соседка убрала со стола, помыла посуду. И ушла.
- Лена, пошли на балкон, - предложил супруг. – На солнышке погреемся.
- Пошли! Что в духоте сидеть.
Пришла соседка. Вышла на балкон:
- Что по солнышку соскучились?
- Хорошо-то, как здесь, Полина! – улыбнулась Елена Ивановна.
- Ладно сейчас вам сюда кашу принесу. И начну суп на обед готовить.
- Хорошая женщина, - посмотрел ей вслед. – Чтобы мы без неё делали?
- А ты ей всего десять тысяч в месяц платишь.
- Лена, мы же на неё квартиру записали, и нотариус нам заверил.
- Она-то этого не знает. Продолжение👇🏻
