«— Заткни своего выродка, или я сам это сделаю!» — прошипел муж, сжимая руку на шее младенца".
— Заткни её, или я сам это сделаю! — лицо Арсения исказила гримаса неприкрытой ярости, когда он грубо шагнул в мою сторону.
В его глазах не было ни капли рассудка, ни тени того человека, за которого я выходила замуж. Только глухая, животная злоба. Я инстинктивно вжалась в стену нашей уютной прихожей, крепче прижимая к груди плачущую семимесячную Анечку.
— Арс, опомнись, ты пугаешь ребёнка... — мой голос дрожал от усталости и ужаса. Я не спала уже третьи сутки.
Но он не собирался останавливаться. Размахнувшись, он с силой швырнул пакет с мусором, который я, выбившись из сил, попросила его захватить по пути на работу. Пакет лопнул, и по идеальному ламинату, за который мы ежемесячно отдавали половину зарплаты банку, разлетелись объедки и грязные памперсы. А затем его тяжелая рука легла на мое плечо, больно сжав ключицу. Он с силой дернул меня на себя. Анечка зашлась истошным, захлебывающимся криком.
— Я сказал, обеспечь в моем доме тишину! Я вас содержу! — прорычал он.
Пытаясь оттолкнуть меня, он промахнулся и со всей дури сжал крошечное предплечье дочери, пытаясь вырвать её из моих рук. Малышка захрипела, её лицо пошло красными пятнами, а на нежной коже моментально проступили белые следы от его мужских пальцев, которые на глазах начали наливаться синевой.
В этот момент в моей голове что-то с оглушительным звоном сломалось. Пелена многолетней покорности спала. Та удобная, вечно извиняющаяся Варя, которая так старалась быть «хорошей женой», умерла прямо там, среди рассыпанного мусора. На её месте проснулась мать. Загнанная в угол, но готовая перегрызть горло любому.
Но чтобы понять, как успешная 29-летняя девушка из Ярославля оказалась на полу собственной квартиры, защищая своего ребенка от собственного мужа, нужно отмотать время назад.
До встречи с Арсением моя жизнь была выстроена, как идеальный чертеж. Я работала дизайнером интерьеров, неплохо зарабатывала, снимала светлую квартиру в центре Ярославля и любила свою свободу. Но над моей головой постоянно висел дамоклов меч родительского осуждения.
— Варя, тебе двадцать девять! — трагическим шепотом вещала мама каждые выходные, подливая чай. — Часики не просто тикают, они уже бьют набат! Посмотри на Ленку — двоих родила. А ты всё со своими ремонтами. Останешься старой девой, кому ты нужна будешь после тридцати?
Отец обычно молча кивал, читая газету, но его тяжелые вздохи били больнее слов. Я была их единственным разочарованием на фоне "нормальных" дочерей их друзей.
И тут появился он. Арсений, 34 года, руководитель отдела логистики в крупной компании. Представительный, спокойный, с правильной речью и серьезными намерениями. Он красиво ухаживал, дарил цветы, уверенно говорил о будущем. Мои родители были в экстазе. «Наконец-то каменная стена!» — радовалась мама.
Правда, звоночки звенели с самого начала. Арсений терпеть не мог, когда мои планы не совпадали с его. Он мог бросить трубку, если я задерживалась на объекте, или процедить: «Твоя работа — это просто хобби, женщина должна вить гнездо». Но я, одурманенная давлением семьи и страхом остаться «никому не нужной бракованной женщиной», закрывала на это глаза. Стерпится — слюбится.
Мы поженились через полгода. Свадьба была пышной, чтобы «не стыдно перед родственниками». А потом началась реальная жизнь.
Мы влезли в огромную ипотеку. Купили просторную «трешку» в хорошем районе. Я вложила туда все свои сбережения — отложенные на машину деньги пошли на первоначальный взнос. Арсений взял кредит на себя, так как у него была «белая» зарплата выше моей.
Сразу после переезда я забеременела. Беременность протекала тяжело — жуткий токсикоз, угроза прерывания, постоянные больницы. Мне пришлось уйти с работы раньше времени, брать больничные, а потом и вовсе осесть дома. И вот тут «каменная стена» начала стремительно осыпаться.
Лишившись моего дохода, Арсений изменился. Он вдруг осознал, что теперь он — единственный добытчик, и эта влас
