, Леночка. Ты молодая, не понимаешь ещё, что есть вещи, которые наука объяснить не может.
Народная мудрость веками копилась, не чета вашим врачам.
Лена взяла листы, пробежала глазами. "Спать головой на восток.
Перед близостью окропить постель святой водой. Читать заговор на растущую луну...".
- Нина Васильевна, это же...
- Это нужно выполнять. - Голос свекрови стал жёстким. - В точности, как написано. Я не шутки шучу.
***
Вечером Лена дождалась Серёжу с работы. Он пришёл усталый, осунувшийся - брал лишние смены, чтобы скопить на первый взнос за квартиру.
- Твоя мать опять приходила.
- Угу. - Он чмокнул её в щёку и полез в холодильник. - Что-то принесла?
- Рецепты зачатия по лунному календарю. Семь страниц.
С молитвами и заговорами.
Серёжа обернулся, держа в руках кусок сыра.
- Да ладно?
- Не ладно. Серёж, она каждый день звонит, спрашивает, пью ли травы.
Вчера поинтересовалась, когда у меня была последняя задержка. Понимаешь?
Твоя мать спрашивает про мой менструальный цикл!
- Ну... она из деревни, сама знаешь. У них там всё это нормально, по-семейному обсуждают...
- По-семейному - это когда спрашивают, как дела на работе. А не когда требуют отчёт о месячных!
Серёжа сел напротив, взял её руки в свои.
- Лен, ну потерпи немного. Она одинокая, скучает.
Отец умер три года назад, она одна в квартире кукует. Хочется ей детского смеха, понянчить кого-то.
Я поговорю с ней, попрошу не давить.
- Ты уже три раза обещал поговорить.
- Поговорю. Честное слово.
Лена хотела сказать, что дело не в одиночестве. Что в глазах свекрови появился какой-то нездоровый огонёк, что её напор с каждым визитом становится всё навязчивее.
Но она промолчала. Серёжа устал, ему завтра на работу, не время для семейных разборок.
***
В апреле стало хуже.
Нина Васильевна начала возить невестку по области. Первый раз - в деревню под Лугой, к некой бабке Зое.
Ехали полтора часа на электричке, потом тряслись в разбитом пазике по просёлочной дороге.
Бабка Зоя принимала в избе, пропахшей козами и валерьянкой. Ей было лет восемьдесят, не меньше - сгорбленная, беззубая, с мутными глазами, в которых, впрочем, искрило что-то хитрое.
- Садись, касатка. Погляжу на тебя.
Она водила над животом Лены морщинистыми руками, бормотала что-то невнятное, качала головой.
- Порча на тебе, милая. Завистницы навели.
Сильная порча, застарелая. Но я сниму, не боись.
Лена посмотрела на свекровь, ожидая, что та рассмеётся, скажет, что это розыгрыш, - но Нина Васильевна кивала с серьёзным видом, доставала из сумки кошелёк.
- Сколько с нас?
- Три тысячи, милая. За работу, за свечи, за травки.
После Лугии была Тосно. Другая бабка, помоложе, но с теми же повадками - бормотание, свечи, требование денег.
Потом Кировск - там принимал мужик с бородой до пояса, в гараже среди канистр и старых покрышек. Заставил Лену выпить какую-то мутную жижу и трижды обойти берёзу против часовой стрелки.
- Это обязательно, - твердила Нина Васильевна после каждого визита. - Ты не понимаешь, как важно.
- Для кого важно?
- Для всех нас. Для семьи.
Лена терпела. Серёжа пропадал на работе, появлялся дома затемно, засыпал, едва коснувшись подушки.
На разговоры о матери у него не оставалось ни времени, ни сил. "Потом, Лен.
Давай потом. Устал как собака".
Проще оказалось ездить с безумной свекровью к очередным шарлатанам, чем скандалить с вымотанным мужем.
***
В конце апреля терпение Лены лопнуло.
Нина Васильевна пришла с новым списком требований. Каждое утро невестка должна была обмазываться пастой, которая воняла тухлыми яйцами.
Пить настой из сушёных жаб - да, именно жаб, свекровь принесла целый пакет этой гадости. Спать головой на восток, подложив под подушку клок шерсти от чёрной козы.
- Вы с ума сошли?
- Не груби мне, Лена. Я старше тебя и лучше знаю, что нужно.
- Пить отвар из жаб?! Мазаться какой-то вонючей дрянью?!
- Надо, значит надо. - Свекровь сузила глаза. - Или ты думаешь, я просто так стараюсь? Это для твоего же блага.
- Никакие жабы я пить не собираюсь.
