Публикация от 8 июня 2026

через три начинайте ждать. А вот тогда посмотрим, насколько. Я не знаю, смогу ли освободить недельку, а так мы с Машей давно собирались на Алтай в конный. Да, перезвоним. До свиданья! Он положил телефон и, извиняясь, пожал плечами: – Теща. Внуков не может дождаться, и напрочь забыла, когда учебный год заканчивается. А у Маши в архивных ее бункерах связь отсутствует как класс. Илона сочувственно покивала, отхлебнула аккуратно кофе, поставила чашку, чуть наклонила голову и долгим взглядом прошлась по лицу Марка. Из-за этой тещи приходилось начинать процесс сначала. И тут снова зазвонил телефон. – Привет, викинг! Что? А ты уроки уже сделал, хочешь сказать? Точно или точно? Ладно, если точно, то беги. Витьку скажи, что его комп я только в выходные посмотреть смогу. Да, давай. Дверь запри как следует и карман с ключами застегни, а то знаю я тебя! Илону это уже начало как-то выбивать из колеи. Как в таких условиях предлагаете создавать у мужчины нужный настрой? Марк дал отбой, отложил телефон и виновато посмотрел на Илону: - Извини. Самого временами раздражает. Но все же я за отчетность и контроль. Так о чем ты хотела посоветоваться? Илона оперлась подбородком о кисть и улыбнулась ему с точно выверенной дозой интригующего призыва. Процесс следовало форсировать, а то такими темпами она до итога и послезавтра не доберется! Зазвонил телефон. – Что, котенок? С какой Катей? А, с Катей! А кто с вами пойдет? Да, хорошо. Я маме скажу, бабушка тоже не смогла ей сейчас дозвониться. Но ты же до ужина вернешься? Хорошо. Целую! Катиному папе привет. Когда Марк в очередной раз дал отбой, Илона едва успела сменить раздраженно-недовольное выражение лица на загадочно-соблазнительное. Он глотнул кофе. – Слушай, мне прямо неудобно. Может, лучше к нам зайдешь, там хоть Маша часть нагрузки на себя возьмет? Ничего себе, предложеньице! И организовывать милую интрижку с ним она тоже там будет, пока Машка борщ варит и носы детям вытирает? Хотя нет, носы они, пожалуй, уже сами вытирают, большие выросли. У него с личной жизнью как вообще? Неужто с Машкой? Илона облизнула губы напоказ, аккуратненько, чуть прикрыла глаза: – Я понимаю... Все эти бесконечные хлопоты – жить из-за них некогда, радоваться, удовольствие от существования получать. А ведь по идее все имеют на это право, – она понизила голос до задумчивого мурлыканья. Текст получался так себе, но тут главное не литературные характеристики, а чувственный посыл. Зазвонил телефон. – Привет, любовь моя! Да, от твоей мамы я отбился без потерь. Да, фактически свободен. Я тут Илону встретил, у нее ко мне какое-то дело, но мама и дети никак поговорить не дадут. Мы в кафе сидим. Сейчас договорим, и все. Конечно, подожди, я недолго. В магазин можешь пока зайти, а там я подбегу. У меня от этого офиса в груди чешется, если не проветрюсь, там грибы расти начнут. Жди! Целую, ласточка! Илона сидела, как громом пораженная. Нет, ладно теща, ладно дети. Вообще ладно звонки, у нее тоже такое бывало, что телефон в самые ответственные моменты просто не замолкает. Но это! Он сидит в кафе с шикарной женщиной – только из салона красоты, одетой как положено, независимой, статусной и явно демонстрирующей ему свой интерес. И вот так запросто рассказывает об этом своей жене! Машке с ее косой и юбочкой а-ля Одри Хепберн в 1950-м году! Он кого в ней, Илоне, вообще видит – Витька с его компом? Он всерьез поверил в необходимость «посоветоваться»? Такая женщина, как она, по его мнению, нуждается в чьих-то советах? У него с глазами что-то, или это жизнь с Машкой и спиногрызами так непоправимо изуродовала его рассудок и личность? А Марк улыбнулся, как ни в чем ни бывало, одним глотком допил кофе и предложил: - Пошли все же к нам! Маша ждет тут неподалеку, прогуляемся, и ты заодно расскажешь, какое там у тебя дело. Винца бутылочку купим, мы же еще встречу не отпраздновали. А дети как раз гуляют... Илона несколько раз ошарашено открыла и закрыла рот – как карась на прилавке «живая рыба». И наконец выдала, даже не пы