Публикация от 30 апреля 2026

Умер Лёха-дурак. В последнее время он ходил в наш храм, и мы часто встречались. Больше всего я боялась, что Лёха меня узнает. В тот день я его узнала сразу. Хотя он очень постарел, полысел, поседел… Как-то весь осунулся, сгорбился. Но на меня, как когда-то много лет назад, смотрели добрые детские глаза. “Что он делает у нас в храме?”, – подумала я. – Привет, – улыбнулся он. – Привет… Неужели узнал? – Тебя как зовут? – Не узнал, – выдохнула я. – Меня? Лена. – Твои девочки? – Мои. – Мальчика не хватает, – как ребенок рассмеялся он и достал из растянутого кармана грязной куртки какую-то чёрствую булку. – Ну да. – Давай дружить, – протянул он ее моей третьей дочке, Дуняше. – Давай, – ответила она. Они стояли, смотрели друг на друга и улыбались – маленькая девочка и осунувшийся, стареющий мужчина с детскими глазами… – Давай дружить, – пронеслось у меня в голове и током отозвалось в сердце… “Ты же дурак!” … “Давай дружить”. Было это много лет назад. Я была ещё девчонкой. Жила в этом районе и училась, наверное, классе в пятом или шестом. У нас была большая, дружная компания – мальчишки, девчонки. Сделав уроки, мы до ночи носились по школьному двору или парку (где я сейчас гуляю со своими дочками), играли пионербол, вышибалы, казаки-разбойники. Влюблялись, ссорились, мирились. Однажды мы сидели на лавочке, вели какие-то свои беседы, шутили, смеялись. – Давайте дружить, – раздался вдруг голос. Мы замолчали и обернулись. Это был Лёха-дурак. Лёха был года на три нас старше и тоже жил в нашем районе. Не знаю, родился ли он таким или что-то случилось потом, но он был, как мы говорили, “больным на всю голову”. Сейчас я понимаю, что у него было сильное отставание в развитии, и он вёл себя, как маленький ребёнок. Он нигде не учился (по крайней мере, я так думаю), целыми днями бродил по улице и ко всем приставал. Кто его родители, я тогда не знала. Только недавно, увидев Лёху с одной нашей старушкой-прихожанкой, я поняла,что это его мама. – Давайте дружить, – повторил Лёха-дурак. И улыбнулся какой-то робкой улыбкой. Мы переглянулись. – С кем? С тобой? – выступил вперед один мальчик. И громко заржал. – Ты же дурак! – Дурак! Дурак! – подхихикнули девочки. И я вместе с ними. Лёха растерянно смотрел на нас, и с лица у него не сходила та глупая детская улыбка. – А ну пошёл вон! – выкрикнул тот первый мальчик. – Пошёл, пошёл, – эхом подхватили мы. Лёха все улыбался… Тогда другой мальчик выскочил вперед, толкнул его и победно посмотрел на нас. Тут “дурак”, наконец что-то понял, громко всхлипнул, вытер рукавом нос, развернулся и уныло побрел. Мы хохотали ему вслед. Мы были такими здоровыми, крутыми, дружными. И такими злыми… А он медленно брел, опустив голову… И я тоже схватила камень… …Ещё помню. Мы так же гуляли, и нам так же было весело. – А у меня собака, – подошел к нам Лёха-дурак. В руках у него был маленький щенок. И он опять улыбался своей глупой, детской улыбкой. – Хотите погладить? Мы хотели. Но нам было стыдно общаться с дураком. Мы же были такими классными. – Ты – дурак! И собака твоя – дура! – выкрикнул кто-то. И мы опять заржали. – Не дура! Не дура! – закричал в ответ Лёха и неожиданно бросился на нас. Мы, девчонки, с визгом бросились врассыпную. А мальчишки схватили кто – палку, кто – камень и встали “в позу”. – Моя собака не дура! – продолжал кричать Лёха. Тут в него полетели камни. А я? А что я… Я же тоже была крутая. Ещё круче мальчишек. И я тоже схватила камень и бросила в него. Хорошо помню, что он попал ему в плечо, и парень вскрикнул от боли. Еще помню, как он согнулся, закрывая собой щенка. А потом повернул ко мне залитое слезами лицо. – Ты, ты… Ты – мелкая! – заикаясь проговорит он. – А ты – дурак! – Огрызнулась я. Мы стали врагами. Точнее, мы считали Лёху-дурака своим врагом. – Эй, придурок, – кричали мы, завидев его. – Что? Испугался? – Что, ссыкло? – А где твоя глупая собака? Он, правда, стал нас бояться, и завидев, просто обходил стороной. И больше ни разу не сказал с детской