Публикация от 26 апреля 2026

Лидочка не приглянулась Анне Семеновне с первого взгляда: уж очень наглой она ей показалась. Разулась в центре прихожей и, даже не поздоровавшись, прошла на кухню. – Я пью только зеленый чай со сливками, — безапелляционно заявила девица, шумно плюхнувшись на стул. Сын только виновато улыбнулся и кинулся ставить чайник. – Ну, во-первых, здравствуйте, — взяла себя в руки пожилая женщина. Все-таки девушка первый раз в доме, может, у нее просто стресс от волнения. – Меня зовут Анна Семеновна… – Наслышаны, ага, — громко лопнула на губах шарик жевательной резинки Лидочка и откинулась на спинку стула. – Про ваши, типа, аристократические манеры. Учительское прошлое, все дела… От такой наглости Анна Семеновна даже не нашлась что ответить. Она была уверена, что эта Лидочка здесь первый и последний раз. Уж она найдет, что сказать сыну про его поспешный выбор и неразборчивость. Сыну хозяйки квартиры, Виктору, было уже тридцать восемь, но за плечами у него вообще не было более-менее серьезных отношений. После школы он, по наставлениям матери, пошел учиться на инженера. Душа парня лежала к спорту, но здесь Анастасия Семеновна была непреклонна – физические нагрузки вредны для растущего организма. Хотя скорее всего причина ее негативного отношения к спорту была более прозаична. Дело в том, что отцом Вити был школьный учитель физкультуры. Анна Семеновна в свое время кинулась в роман с коллегой как в омут с головой, совершенно забыв, что кавалер был безнадёжно женат. Очнулась от любви женщина, когда аборт было делать поздно, а объект любви удалился, что называется, в закат. С младых ногтей Анна Семеновна вдалбливала сыну – семейные отношения для слабых духом. А вот сильные, такие как она, живут в одиночку и легко со всем справляются. Виктор охотно верил. Зачем вообще жениться, ведь у него есть мама. Она и накормит, и постирает, и одежду на работу погладит. Верил, пока не встретил на своем жизненном пути Лидочку. Лидочке было двадцать восемь, и она уже трижды успела побывать в браке. Благо, хоть детей не нажила. Хотя, если совсем начистоту, ничего не нажила. Ни работы, ни образования, ни жилья. Но об этом Анна Семеновна узнала позже, а сейчас… – Мам, мы с Лидой заявление подали, — нарушил звенящую от напряжения тишину Виктор. – Женимся, в общем. У пожилой женщины от новости даже потемнело в глазах. – То есть как так женитесь? – не поняла Анна Семеновна. – Ты мне ничего не рассказывал, Витюш. А где… Где вы будете жить? – Как где? Тут, конечно – отхлебнув из чашки свой зеленый чай, ответила Лидочка. – У Вити же есть комната, вот там и будем жить. Виктор с готовностью кивнул и вопросительно уставился на мать. – Погодите… – Анна Семеновна никак не могла прийти в себя. – Жить здесь? Но куда же я? – Мам, — сын положил руку на плечо матери. – Ты не переживай, все будет хорошо. Просто Лиде пока негде жить, ее выгоняют из общежития. В этот же вечер невестка осталась ночевать в Витиной комнате. Анна Семеновна весь вечер пыталась поговорить с сыном наедине, но Лида не спускала с него глаз. Словно чувствовала – мать непременно начнет прочищать влюбленному сыну мозги. – Ребят, вы ужинать будете? – заглянула она в комнату сыну. – Не, — весело откликнулась Лидочка. – Мы пиццу заказали, сейчас привезут уже. А вам бы не помешало научиться стучать, все же молодые тут живут… А наутро женщина обнаружила в двери, ведущей в комнату сына, врезной замок. В целом, Анна Семеновна была достаточно толерантной, как это сейчас называют, дамой. Но замок на одной из комнат в собственной же квартире все же выбил ее из колеи. – Однако… – только и смогла промолвить женщина, глядя, как Лидочка закрывает Витину комнату на ключ, чтобы на минуту отлучиться в ванную комнату. Прошло три недели, но Анне Семеновне казалось, что прошла вечность. Новоиспечённая невестка нигде не работала и не училась, а только и делала, что валялась в неубранной постели. Виктор же рано утром уходил на работу, а приходил – голодный и уставший – когда за окном уже начинало темнеть. Лидочка даже не думала при