Корзинка
MAX ·
У-26?
— Ой… П…п…п…
— Что «п… п… п…»?
— П… п… позвольте… На СУ-26 установлен радиальный авиадвигатель М-14П, — парень приподнялся от спинки кресла, и удивлённо уставился на Ларису. — Вы вообще представляете разницу между спортивными самолётами, такими, как ЯК-55 и СУ-26 и грузопассажирскими Боингами и ТУ-154?
— Да, что там представлять-то? Двигатель внутреннего сгорания, как на машине, два крыла, шасси, закрылки, фюзеляж.
— Господи, ну, не всё же так просто! — воскликнул парень. — Разве можно сравнивать ДВС автомобиля и поршневой авиационный двигатель? Неужели вы не видите очевидной разницы?
— Нет. А вы мне расскажите, — Лариса улыбалась, еле сдерживая смех, а парня, как того Остапа, понесло.
Он достал из портфеля блокнот, положил его на колени. Потом щёлкнул кнопочкой авторучки и принялся чертить, тыкать пальцем, объяснять, спрашивать и тут же отвечать. Он включился в процесс так активно, что впереди сидящий малыш встал папе на колени и с любопытством слушал взрослого дядю, который от словесных объяснений часто переходил к жестам и изображал полёт.
Так продолжалось, пока самолёт не тряхнуло. Парень тут же побледнел и на автомате ухватился за руку Ларисы:
— Что это было?
— Посадка. Мы приземлились! Поздравляю!
— Как приземлились? Я даже не почувствовал, как самолёт начал снижение и уши не заложило, как при взлёте.
— Немудрено, вы были так увлечены, — Лариса посмотрела на руку.
Он проследил за её взглядом и, смущаясь, убрал ладонь:
— Простите меня, пожалуйста.
— Да ничего, всё нормально. Лучше так, чем смотреть, как вы весь полёт трясётесь. Паника, знаете ли, штука заразная.
Он в смущении уставился в иллюминатор, разглядывая аэропорт.
Наконец, всем разрешили встать и покинуть борт. Он заметил, как она спускается по ступенькам. Так же, как и он, без багажа с рюкзачком за спиной.
— Девушка! — окликнул он, преодолевая стеснительность.
— Да?
— Откуда вы столько знаете о поршневых авиадвигателях? Вы авиаконструктор? — он догнал её на ступеньках.
— Нет, — она засмеялась. — У меня братишка учится в авиационном. Он с другом готовил макет с поршневым двигателем. Днями и ночами у нас торчали, обсуждали. Что-то на подсознании мне записалось.
— Понятно. Спасибо вам! Мне, кажется, я больше не боюсь летать.
— Круто!
— Я и раньше не боялся, пока однажды самолёт не попал в турбулентность. После этого накрыло. Уже две конференции пропустил. А на этой мне выступать с докладом – пропускать нельзя. А поездом неудобно.
— Значит, больше не пропустите. Рада за вас.
— Жаль, что вы не авиаконструктор.
— Почему?
— Я пригласил бы вас на конференцию.
— Приглашайте. Что же вы такой нерешительный?
— А вы придёте?
— Обязательно!
Он порылся в портфеле и достал два пригласительных.
— Это вам и вашему братишке. Возможно, ему будет интересно.
— Спасибо, мы обязательно придём. А вы ничего не забыли?
— Нет, кажется, нет, — растерялся он. — Что-то в самолёте оставил?
— Нет. Спросить, как меня зовут – забыли!
— Вот я – ржавая закрылка! Как вас зовут?
— Лариса. Можно на ты. А вас?
— Александр.
— Как конструктора Яковлева?
— Именно! И всё-то ты знаешь!
— Я же реферат братишке писала, так что тоже в авиационном, можно сказать, учусь.
Вот так благодаря аэрофобии, братишке-студенту и чувству юмора познакомились два молодых и красивых сердца.
Как говорил на свадьбе Александр:
«Она сразила меня наповал поршневым авиадвигателем».
Лариса парировала, что грех было не воспользоваться такими знаниями в личных целях.
А летать молодой авиаконструктор больше не боялся, потому что в поездках его сопровождала любимая жена и мастерски забалтывала при взлёте и посадке….
Автор: Айгуль Шарипова
