Корзинка
MAX ·
ался один. Он боялся даже выглядывать. Ему был страшен непонятный запах, и пугали эти здоровенные сапоги.
Нюра вернулась через час, неся в зубах мышь полевку. Теперь она не отдала Апельсину свою добычу для игры, а стала её есть. Небольшой кусок перепал и Апельсину. Утолив немного голод, Апельсин и Нюра, свернувшись клубочками, уснули.
Разбудил их громкий разговор. Мужик в сапогах о чём-то громко ругался ещё с кем-то. Мужик что-то закричал и громко ударил кулаком по столу. Апельсин вздрогнул испуганно и спрятался за мать. Потом все стихло, и в комнате опять стало тихо.
Мужик в сапогах был сыном бабушки Нины, Иваном. После смерти матери он остался жить в её доме. Он не очень любил кошек, поэтому, увидев вначале Нюру, а потом — Апельсина, не очень обрадовался таким жителям. Первое время он еще как-то мирился и кидал около печки куски хлеба или остатки от колбасы. Нюра хватала брошенные куски и моментально затаскивала под печь, боясь, что и это немногое у них могут отнять.
Но, видать, терпение нового хозяина закончилось, и однажды он выгнал Нюру и Апельсина из дома.
— Неча тут блох своих плодить! – грозно сказал он, выкидывая Апельсина во двор. Нюра бежала за ним и тревожно смотрела на своего подросшего котёнка. – Вот есть сарай, там живите и жрите, что хотите, я вам — не мать-кормилица! Живут же вон бездомные коты и ничего!
Нюра подлетела к Апельсину, обнюхала его и быстро метнулась к сарайке. Апельсин побежал за ней. Теперь у них не было ни тёплого местечка под печкой, ни блюдца молока, ни доброй хозяйки. Благо, что стояло лето и ночевать в сарае было тепло и сытно, так как мышей-то Нюра всегда могла наловить. Да и Апельсин уже подрос и теперь тоже пытался их ловить.
Они устроились на сеновале. Там было тепло и, главное, там не было этого непонятного мужика в сапогах, которому они помешали, живя под печкой.
Утром Нюра с Апельсином уходили в огород, где водились жирные полёвки, а водичку пили из поилки для кур. Хотя и кур-то оставалось всего три штуки.
Потом не осталось и кур.
Теперь Нюра с Апельсином были в сарае одни. Они старались не попадать на глаза своего нового хозяина. Он часто громко кричал на кого-то, гремел чем-то в доме и это здорово пугало их.
К концу осени Апельсин стал совсем большим и теперь самостоятельно ходил на охоту за мышами. Он знал все норки на огороде, где могли прятаться эти зверушки и всегда приносил в сарайку добычу. Он спокойно съедал добытое, уваливался на сене под солнышком и дремал.
А потом пропала Нюра. Апельсин долго ждал её, но она так и не вернулась. Он бродил по окрестностям и звал мать, но она не отозвалась и не вернулась. Теперь он остался совсем один.
Воздух становился всё прохладнее, стали пролетать белые пушинки и Апельсин с удивлением смотрел из сарая, как земля покрывается чем-то белым и холодным. По этому холодному покрывалу он очередной раз пошел в огород на охоту, но на этот раз ему не удалось никого поймать. Все мыши исчезли. Он побродил ещё по белоснежному огороду и вернулся обратно в сарай. У него замёрзли лапы, и он, свернувшись калачиком, попытался заснуть, но урчание в пустом желудке не давало ему возможности сделать это.
И тут он уловил тихий шорох среди сена. Апельсин быстро сообразил, что мыши есть и тут и осторожно начал красться в угол сарая, откуда исходил этот шорох. Охотничий инстинкт его не подвел. Через пару минут он уже держал в зубах мышь. Насытившись, кот опять улёгся в своем уголке и заснул.
Апельсин заматерел и его окрас стал ярким красно- рыжим. Он был поджарым, большеголовым, с рыжими, всегда настороженными, глазами.
На дворе становилось всё холоднее и Апельсин всё глубже зарывался в сено, но и это не спасало. Утром он просыпался от холода, дрожа всем телом.
Однажды он не выдержал и через подполье залез в дом. Он помнил, как тепло было под печкой и как там было хорошо. Крадучись, он вынырнул из подпола в знакомую комнату и с удивлением обнаружил, что в доме никого нет. Когда новый хозяин покинул дом, Апельсин не знал. По пыли на полу было видно, что давно.
Кот
