Корзинка
MAX ·
Никуда, сынок, не поеду, пока ноги носят
Вадим, разозлившись на мать, резко нажал на газ, и даже не обернулся чтобы помахать ей рукой на прощанье.
-Надоело её уламывать! - забубнел он, выворачивая из деревни на трассу.. - Ломается, как девица на выданье! Ездишь...уговариваешь.... в её же интересах.
-Да сколько же её уговаривать можно, - поддакнула Ольга. - Вот ведь упёртая! Эгоистка! Только о себе думает!
Но, взглянув на мужа, замолчала - ходящие желваки на его скулах - это стоп-сигнал для дальнейших разговоров.
В этом году справили юбилей матушке Вадима - не много, ни мало 90 лет бабульке исполнилось. Поздравить бабушку с такой датой съехались, рассыпанные по всей стране дети и внуки.
И тогда же, на семейном совете, дружно решили, что нельзя в таком преклонном возрасте оставлять её жить одну, тем более в деревне, а уж тем более держать хозяйство, да еще печку зимой топить.
Вадим с женой жил ближе все к маме, вот и решили, что домик в деревне продадут, а Вадим маму к себе заберет.
И жена, Ольга, не против была, хотя и жаловалась подруге :"Вот ведь...за своей матушкой не ухаживала, так придется за свекровью горшки выносить!"
За полгода, прошедшие с юбилея, Вадим совершил десятую, безуспешную попытку забрать маму к себе.
Каждая встреча проходила по одному шаблону ....
Первым к калитке вылетает Дружок, виляющим хвостом изображая приветствие прибывшим. Он умильно и преданно заглядывает гостям в глаза, стараясь лизнуть им руки, чтобы выразить своё счастье от встречи. Дружок четко знает, что появление городских гостей принесет появление очень вкусной и необычной еды в его миске.
Кошка с незатейливым именем Мурка, греясь на солнышке, лежа на завалинке, всегда делает вид, что её всё по барабану. Но ревнивый взгляд из под прищуренного века сдает её с потрохами.
По двору важно расхаживают куры-пеструшки, возглавляемые ярко раскрашенным петухом. Вот им-то, точно дела нет до гостей.
На крыльце показывается улыбающаяся Никитична.
-Дети приехали!!! - радуется она. - Мойте руки, вот вам полотенчик, а я сейчас вам молочка, да оладушек спроворю. Голодные, поди, в своем городе. Натурального-то там днём с огнем не сыщешь!
Никитична бойко ( не скажешь, что 90!) суетится, накрывая на стол. Вместе с оладушками появляется и домашняя сметана, и сало, и зелень с огорода.
Иногда обедают во дворе, где у Никитичны, оборудована уютная беседка.
К вечеру, когда за речкой, что возле дома заводят свои трели соловьи, на деревню опускается такая благодать, что у Вадима сердце замирает от непонятного счастья. ("Уехать что ли с этого города?!, - в такие минуты думает он.)
А вот вдалеке слышится мычание возвращающихся с пастбища стада коров.
-Мууууу - протяжно возвещает о своем прибытии Манька, упершись рогами в калитку.
Подоив Маньку и, определив молоко, Никитична готовит ужин , за которым и начинается серьезный разговор.
-Мам, ну хватит уже упираться... давай решайся... - начинает Вадим и, видя закаменевшее лицо матери понимает, что бесполезно продолжать.
-Ну как же я их брошу?. - отвечает Никитична. - Маньку мою, Мурку и Дружка... Они же мне родные... Спасибо сынок, за приглашение. Да только никуда я покуда ноги носють не поеду.
Так и уезжает всегда Вадим, не солоно хлебавши.
Что с этим делать, никто из детей не знает - не хочет Никитична ни к кому ехать, ни сыну со снохой, ни к дочке с зятем, а уж тем более к внукам.
-Зачем же я буду в тягость детям становиться? - говорит она соседке, поглаживая пригревшуюся на коленях Мурку. - Да еще и в клетке на 10 этаже жить... А здесь-то у меня какая красота, какое раздолье. Зачем мне уезжать. Да их вон на кого бросить-то?
При этих словах. Дружок бросает свои собачьи дела, подбегает к хозяйке и лижет её ссохшуюся руку.
-Мммууууу - тут же подаёт из сарая голос Манька.
-Ну да.... ну да.... - соглашается "молодая" и тоже одинокая семидесятилетняя соседка. - Я тоже никуда не поеду, если до твоего возраста дотяну. А что случиться, так у нас вон фельдшер Палыч, лучше всяких городских докторов.
Прошло полгода. Соседка встревожил
