Корзинка

- Мам, ну что ты мне опять эти картинки шлёшь? "С добрым утром", "С днем ангела..." у меня телефон от них виснет! Ты можешь просто писать по делу? Я работаю, мне некогда читать твои стишки про котят! Сашка раздраженно бросил смартфон на стол. Экран ещё светился,показывал открытку с пушистым зайцем и надписью:"Пусть день будет солнечным!" Она посмотрела в окно. За окном шел серый осенний дождь. Какие у неё новости? Кошка Лиля поймала мышь? Соседка тетя Нина снова поругалась с почтальоном?Давление с утра скакануло до ста восьмидесяти? Разве это новости для сына? Она тихо вздохнула, вытерла слезу уголком платка, и удалила заготовленную открытку с пожеланием спокойной ночи. - Хорошо, сыночек. Не буду,- напечатала она одним пальцем, долго попадая в нужные буквы. И стерла. Зачем отвлекать? Она просто положила телефон на комод. Его мама, Альбина Николаевна, жила в маленькой деревне за двести километров. Она освоила Телеграмм полгода назад, когда Сашка подарил ей свой старый смартфон. И с тех пор его жизнь превратилась в ад из гифок. Каждое утро начиналось с "чашечкой кофе" в пикселях. Каждый вечер заканчивался "ангелом - хранителем" Сашка сначала вежливо отвечал смайликами. Потом стал игнорировать. А сегодня сорвался.Альбина Николаевна прочитала сообщение сына: "Не писать, если новостей нет". Сашка наслаждался тишиной. Никаких вибраций в кармане. Никаких глупых видео. " Наконец-то поняла,"- думал он. Прошла неделя. В пятницу вечером он сидел в баре с друзьями. " А мне моя вчера видео скинула, как солить,- смеялся коллега.- Говорит пригодится! "Все засмеялись. Сашка достал телефон. Открыл чат с мамой. Последнее сообщение от него: ... Или вообще не писать". Статус : " Был(а) в сети 6 дней назад". Сашку кольнуло странное чувство. Мама никогда не выключала телефон. Она говорила:"Вдруг ты позвонишь, а я не вижу". Он набрал её номер. Длинные гудки. Бесконечные, тягучие. " Абонент не отвечает". Он набрал ещё раз. Сашка поехал в деревню в три часа ночи. Он гнал машину по ночной трассе, нарушая все правила. Дом стоял темный. Калитка была не заперта. Сашка рванул дверь. Закрыто изнутри. - Мама ! Мама , открой ! Он выбил оконное стекло, не чувствуя, как осколки режут руки. Влез внутрь. В доме было тихо. Только тикали старые ходики. Мама лежала на диване в гостиной. В том самом халате. Она спала. Сашка подбежал, схватил её за руку. Рука была теплой. Альбина Николаевна открыла глаза. Мутные, испуганные. - Сынок? Ты чего? Случилось что? - Мама... Ты почему телефон не брала? Ты почему в сеть не выходила?! - Так ты же сказал... не писать,- растерянно прошептала она.- А телефон... он разрядился, наверное. Я его в комод положила и не трогала. Боялась тебе помешать. Я думала, ты работаешь. Сашка включил свет. На комоде лежал телефон. Рядом лежала тетрадка. Сашка открыл её. Это был дневник сообщений. Мама писала в тетрадь то, что хотела отправить ему, но не отправила. Эти глупые картинки, эти смайлики, эти нелепые открытки - это был её способ сказать:" Я здесь. Я жива. Я думаю о тебе". Это был её цифровой пульс. А он этот пульс остановил. Если бы у неё случился инсульт, он бы даже не узнал. Потому что сам запретил ей подавать сигналы. Сашка остался на выходные. Он починил забор. Настроил телевизор. И купил маме новый телефон, с большим экраном. - Мам,- сказал он перед отъездом.- Присылай. - Что присылать, сынок? - Всё. Котов, открытки, погоду, рецепты пирогов. Каждый день. Слышишь? Каждое утро. Я хочу знать, что у тебя " доброе утро". Для меня это... важно. Это значит, что ты есть. Он ехал обратно в город. Телефон пискнул. Пришло сообщение от:" Мама ️". Картинка: толстый рыжий кот в очках держит букет ромашек. Надпись: "Счастливого пути, сынок".Сашка улыбнулся. Впервые за долгое время искренне. Он нажал на значок микрофона:" Спасибо, мам. Кот классный. Я доеду- позвоню".P.S. Мораль: Назойливые сообщения от родителей- это не спам. Это единственная ниточка, которая связывает их с нами.

«Мaтери жавнуть не дадут!» — постоянно пригoваривала моя прабабушка. Она была из глухoй завoлжской деревни. Абсолютно безграмотная. Умела только вывести кое-как, кoряво «Мария», а дальше закoрючка на каких-нибудь документах. Фамилию свою бабулька, как её называли все, кроме дeдульки, так письменно и не oсилила. Дедулька называл её «мать». И она была матерью. Всей нашeй бoльшой семье. Однo время в их доме жили: бабулька, дедулька, их дочь (моя бабушка, растившaя меня как сына), её брат, моя мама, дети брата, жена брата, две кошки. Плюс ещё присоединились мы с братом. Мы не жили, но прихoдили. «К бабульке идeм!" — объявляли нам, и радость была бездоннoй. Бабулька любила всех. За столом собиралось до двадцати рыл. Обeд. «Матери жавнуть не дадут!» У бaбульки была лeтняя кухня, с керогазом. Запах керосина навсегда ассоциируется с жареной картошкой, щами, бабулькиным «Куды ж ты лезешь, иди отсюдoва! Обoжжёсси, Оспoди, пра!» Моя дочь сейчас говорит Пуху (наглому и вредному щенку): «Иди отсюдoва!» Я её не переучиваю. Это от бабульки. Я так считаю. А ещё глаза. Я часто смотрю в них. Прa. Бабулька мечется между керогазом и столом. К керогазу никого не подпускает. «Оооспoди, матери жавнуть не дают!» — восклицает она и мчится. Мне не было и года, когда я обварился кипятком. Месяц в реанимации. Врачи сказали «Одежду нельзя, только лёгкую простыню. И побольше на свежем воздухе!» Свежий воздух был у бабульки. В 90-х я часто бегал к бабульке. Вроде как помoгать. Девяностолетняя бабулька уже, до мoего прихода, натaскала угля, растопила печь, натаскала воды с колонки, заварила чай. «Бабульк, да я сам же бы сделал!» — возмущаюсь я. «А я чавож, сидеть тут буду сиднем, пра? Я ж чай ишшо не бaбка! Щас, погодь, яблок тебе из погрeба натeшшу!» В погреб я лез сам. Бабулька меня сверху страховала: «Да куды? Вон справа ларь! Осподи, куды ты лезешшь, пра? Полну набирай, шожты кладёшь по-одной (яблоки у бабульки были жeнского рода)!» У бабульки очень многое было женского рода: яблоки, документы, безобразие. «Безобразия какая!» — выгoваривала бабулька, когда на улице лёд, а ей на колoнку за водoй. В лихих 90-х её пытались огрaбить. Два малолетних урода влезли нoчью в дом. Нашли, где ценное искать… «Сынки, да што надо, ть?» — на пороге появилась бабулька. — Храпьте, коль работа такова, но хуть чаим напою, пра?» Сынки сдристнули. «А я пра, Андрюш, испужжаласс! Стоять два демона, прасти Осподи, тонкие (худые. — А. А) как смерть! Жалко стало, пра!» — рассказывала она мне потом. Андрюшей меня называли только бабулька и бабушка. Больше из родных никто. Только Андреем, как на пoминках. Бабулька была семьёй. В 1996-м её дом снесли, а её переселили в хрущевку. За углем/водой/яблоками ходить не надо. Бабулька быстро сдaла. Умерла. В 95 лет. И семьи не сталo. Бабулька была абсолютно безграмотной. С трудом могла поставить подпись. Создала и вырастила всю семью. Я, с ученoй степенью, учитeль в немецкой школе, свободно говорящий и пишущий на трёх языках, выхoжу по утрам курить и спрашиваю бабульку: «Бабульк, ну што не так, пра? Осподи, ослобoни!» Я не стою её мизинца. А она мне, улыбаясь и целyя, как тогда, в прoстыне, говорит принцип любой здоровой крeпкой семьи: «Мaтери жавнуть не дают!»Автор: Андpeй Алeмпьeв

Сегодня утром уехали последние дачники. Погрузили в машину сумки, пустые корзины, детский самокат и долго закрывали дом на все замки. Ещё вчера у них во дворе смеялись дети, хлопала калитка, кто-то звал всех обедать. А сегодня окна закрыты ставнями, на верёвке не осталось белья, и даже дорожка к крыльцу уже покрылась жёлтыми листьями. Летом наша улица совсем другая. Возле каждого дома стоят машины, дети катаются на велосипедах, по вечерам пахнет шашлыком. Иногда от шума устаёшь и думаешь, что хорошо бы немного тишины.А потом наступает октябрь. Один дом закрывается, второй, третий. И та самая тишина, которой летом не хватало, вдруг становится слишком большой.Прошёл по улице и заметил под лавкой забытый детский мяч. Положил его на крыльцо — весной приедут и заберут. Хозяин дома просил иногда поглядывать, всё ли в порядке. Конечно, погляжу. В деревне пустой дом нельзя оставлять совсем без внимания. До весны здесь будут только следы кошек, ветер да снег возле закрытых калиток.Каждый год всё повторяется, но привыкнуть не получается. Летом кажется, что деревня снова стала молодой. Осенью понимаешь: многие дома оживают всего на несколько месяцев.Будем ждать весны. Вместе с ней вернутся люди, голоса и жизнь.

Мой дедушка очень меня любил. Даже не так - боготворил. Он был "неродным" - отчим моей мамы. Бабушка вышла за него через несколько лет после войны, когда по мужу отплакала. Не любила. Но с ребенком одной было тяжело. В доме сестры, к тому же. А тут - свой дом. Так бывает. А уж после войны часто было. Оставшимся без мужей женщинам надо было выживать, растить детей. Не мне судить.Я с детства знала, что он - "неродной". Ведь не могли же мне не рассказать о родном, который пропал без вести над Сталинградом в 1942 году. Десантник был.Но я всегда считала деда Василия родным. Ведь я была смыслом его существования. Конечно, ребенок на такую преданность и любовь откликнулся. Меня принесли в их дом из роддома. Отец, подводник, был в автономке. Мама приехала рожать к бабке и деду. Она рассказывала, что, увидев меня, дед как будто переменился. Оттаял душой. Мама говорила, никогда не знала его таким. Он был злым и нервным. Заикался сильно - последствия контузии.Я росла в доме дедушки и бабушки. Мама моталась за отцом по гарнизонам, но мне был противопоказан дальневосточный климат. И мое детство - это любовь деда Василия. Бабушка меня тоже очень любила. Но дед... Это он учил меня кататься на коньках и на велосипеде. Он водил в лес, по грибы. И приходил в ужас от того, что я простывала. И со мной он не заикался.Он никогда не говорил о войне, хотя дошел до Берлина. Он всегда отмечал День Победы, и на праздник надевал ордена и медали.Он дожил до 94 лет. И только после его смерти я узнала: его жена и маленькая дочь погибли, когда он был на фронте. Не знаю, как. И мама не знала. Он молчал. Мама только сказала, что у него всегда была с собой маленькая фотография дочери.У него больше не было своих детей. А мою маму он по-настоящему полюбить не смог, этот покалеченный войной, нервный, сильный человек. Но он ее вырастил и поднял.Обычная история обычного человека.Я была его конечной остановкой. Единственной любовью, которую он смог осилить после войны. Воплощением того, что не сбылось. Памятью о маленькой дочке.Спасибо ему, родному-"неродному". Спасибо двум родным дедам, которых я не знала. Оба погибли. Спасибо миллионам таких, как они.Низкий поклон и вечная память.Автор: Диана Удовиченко

Чужое небо и чужие страны радуют нас только на очень короткое время, несмотря на всю свою красоту. В конце концов, придет пора, когда одинокая ромашка на краю дороги к отчему дому покажется нам милее звездного неба над великим океаном, и крик соседского петуха прозвучит как голос родины, зовущей нас обратно в свои поля и леса, покрытые туманом.К.Г. Паустовский

Дальше я просто читала стоя. 14 сообщений чистого шока! Хотите узнать, куда на самом деле ходят за тортом и что скрывают даже лучшие подруги с универа? Концовка этой истории уже в нашем канале «Между нами». У нас каждый день выходят такие истории — мы читаем чужие секреты, разбираем токсичные отношения и просто офигеваем с того, что творят люди. 👇 Жми на кнопку ниже, чтобы дочитать эту историю до конца: https://tglink.io/e838398e95d982?erid=2W5zFJ7o7E9

На уборке картошки, сентябрь 1972 года. Знакомо?🙂

Деревенский туалет - это одноместные апартаменты с дыркой. Зимой там в попу дуют холодные мистрали, а летом хозяйничают мухи какой-то конской породы. Отличное место! Кури - не хочу! Совсем как большой: колготки не носишь, в кармане ножик, а на руке «Вася» синим написано. Хотя ты вообще-то Андрей. Если точнее, то Андрюша. В марте исполнилось 6, и скоро в школу.Андрюшин папа курил «Беломор» по-чёрному. Без выходных и праздников, как бессмертный. Щёлкал красивой зажигалкой, выпуская на волю жёлтый огонёк. Магия!Мальчик шёл с папиросой не спеша. Весь мир обещал подождать, пока Андрюша вкушает запретные плоды. Но тут из лопухов нарисовался бабушкин петух. Хищник быстро выкатил навстречу недовольную грудь. Он вытоптал всех кур в радиусе километра, а после взялся за людей. Склочная и крайне общительная тварь! Андрюша рассмеялся в лицо опасности и ускакал галопом, пока не клюнули.Прикрыв тылы дверью сортира, он отдышался. Петух затаился снаружи. Андрюша щёлкнул зажигалкой, опалил кончик папиросы и левую бровь. В туалете повис сиреневый туман. Густой, как бабушкин кисель из тутовника.Мухи сразу всё поняли. Они же не дураки! Побросали имущество, и, в чем были, полетели к выходу. Но щели для мух 56-го размера оказались маловаты, а снять дверь с петель им мешал ржавый шпингалет. Андрюша кочегарил, кашлял и много думал о взрослой жизни. В ней было мало романтики. Туалет в это время чадил так, будто его поразила молния.Парень и рад был вернуться в детство, но снаружи кукарекала дикая природа. Драчун-экстраверт отложил все дела до понедельника и просто ждал, когда мелочь сама себя выкурит.Первыми не выдержали мухи. Эта жужжащая тишина сводила их с ума. Они требовали от Андрюши объяснений! «Доколе, ссссударь?» Оккупант махнул на них рукой, и... выронил зажигалку. Он видел, как папина прелесть улетает в вонючую даль. Её было жаль, но не прыгать же следом! Хотя мухи настаивали.Оказалось, дымящий туалет - большое событие в деревне. Люди бежали к нему по бабушкиным помидорам с вёдрами. Лили воду куда попало. Затопили гальюн и петуха. Эвакуировали парня, передали в руки удивленного отца. Мокрый Андрюша тогда подумал, что с сигаретами надо бы повременить. А подзатыльник бати лишь укрепил его в принятом решении...Автор: Алена Кривошеева

Дуcя уже не плaкала. Слезы просто кончились, когда они с братом при помощи соcедей хоронили отца.Эта промозглaя осень принесла очень много беды в их маленькую избушку, где oни хоть и не богато но счастливо жили.Сначала пала их кормилица - корова Белка. Потом заболел отец. Не старый еще крепкий мужик. Удачливый охотник, что в маленькой сибирской деревушке считалось очень хорошим подспорьем для хозяйства.Семья всегда была с мясом и не голодала.Когда слегла и мать, Дуся очень сильно испугалась. Ей, самой старшей дочери и было-то всего 12 лет.Она с ужасом думала, как будут зимовать с больной мамой на руках и двумя братиками.Снег уже толстым пушистыми одеялом покрыл землю и, казалось, природе дела нет до детского горя.Мать с каждым днем слабела. Дуся старалась по мере своих сил вести домашнее хозяйство, топить печь, готовить. Но запасы быстро кончались. Скудный урожай этого года не давал семье надежды дотянуть до весны. Мать, понимая, что она вряд ли поправиться, отказалась вообще есть. Как Дуся ни уговаривала Мать, та отдавала свою еду младшим сыновьям.Был в хозяйстве еще кот. В деревнях не принято кормить кошек. Хорошо если молочка хозяйка плеснет малость. Кот должен сам себе пропитание добывать. Но кормилицы коровки не стало, кот и не просил больше ничего.Сибирские коты не чета городским, изнеженным созданиям. Это серьезный хищный зверь, который не только хозяйство от крыс и мышей охраняет, но и в лес на охоту самостоятельно ходит.Мать зиму не пережила. Дуся осталась одна с братиками. Соседи пытались по первости помогать. Но у всех свои беды. Как ни пыталась Дуся тянуть запасы, наступил такой день, что есть стало нечего совершенно.Кот сидел на русской печке и смотрел, как Дуся обняв братиков рыдала над пустой тарелкой.Может все таки люди не совсем понимают животных. А вот кот понял, что детям есть сегодня нечего. Он попросился из избы. Дуся его выпустила.Кот вернулся к вечеру и принес половину зайца. Целого дотащить не смог... Принес и положил на крыльцо громко зовя маленькую хозяйку.Дуся со слезами на глазах приняла неожиданный подарок. И так до самой весны кот носил сиротам-детям, то куропатку, то зайчика, то еще какую добычу, что смог поймать и дотащить. Дети выжили благодаря сибирскому коту.Эта история была рассказана мне моей бабушкой. А девочкой Дусей и была моя бабушка....Автор: Лaджиния Pудниковa

У самого края деревни, за серым покосившимся забором, жил старик по имени Павел. Дом его был деревянный, с резными ставнями и печью, которая трещала по вечерам, будто рассказывая истории. Но главное у деда Павла был не дом, а огород — его гордость, радость и, как он сам говорил, «живая душа».Каждую весну дед Павел выходил в резиновых сапогах, с потертым ведром и шапкой, съехавшей на ухо, и принимался за своё волшебство. Земля в его огороде была тёмная, рыхлая, будто сама звала к себе семена. Павел работал с ней, как с другом: не торопясь, с уважением. Говорил с каждой грядкой, как с родным человеком:— Ну что, милая, готовы к морковке? А ты, капустка, будешь красавицей в этом году?Соседи смеялись, но осенью приходили за советом: у Павла всё росло лучше, чем у кого бы то ни было. Помидоры у него были крупные, сладкие, как яблоки. Огурцы — зелёные, колючие, с хрустом, от которого слюнки текли. Даже лук, казалось, кланялся ему за заботу.Но не только овощи были в том огороде. Там жили воспоминания. Вот здесь он сажал вместе с покойной женой — Марфой. А тут бегал внук Сашка, норовя выдернуть зелёную редиску. У каждого куста — своя история. И Павел всё это помнил.Иногда он садился на старую скамейку у сарая, вытирал пот со лба и смотрел на огород с такой любовью, будто это был целый мир, полный жизни, смысла и тишины. И казалось, что сам воздух в том месте дышит чуть медленнее, тише, уважительнее.Когда дед Павел умер, деревня долго молчала. Весной его огород стоял пустой — тихий, без шороха сапог, без голоса, без ведра. Но однажды кто-то заметил: на одной из грядок пробился первый огуречный росток.Это Сашка — уже взрослый, бородатый, вернулся в дом деда и снова взялся за землю.С любовью. Как учил дед.

Лавровый лист в кошельке: старый способ на достаток без жадности Внученька, расскажу тебе тихий способ, который ещё моя бабушка показывала.Когда в доме денег в обрез, а душа беспокойная — возьми один сухой лавровый листок. Не мятый, целый.Вечером, когда дома тихо, подержи его в руках и скажи спокойно:«Лист в кошельке — достаток в доме. Не на роскошь, а на жизнь спокойную. Чтоб хватало, чтоб без долгов, чтоб не по мелочи считать. Пусть будет, сколько нужно, и без жадности в сердце.»Положи листок в кошелёк, в отделение с купюрами или картами. Пусть лежит тихо.В старину говорили: лавровый лист бережёт от пустоты и привлекает достаток — не златые горы, а чтобы было на что жить без тревоги.Я сама так держу уже много лет. Не богатство, конечно, но будто в доме спокойнее становится. И денег хватает без надрыва.Лист меняй раз в два-три месяца. Старый можно сжечь или закопать у порога, поблагодарив.А ты держишь что-то в кошельке для достатка?

Муж в понедельник вернулся с работы в девятом часу, и за три минуты до того, как в замке повернулся ключ, у двери уже сидел Борис.Мужа у нас никто не ждёт. Он приходит в разное время, от семи до десяти, и встречает его один Батон с тапком, когда дверь уже открыта. Борис ждёт только дочь: с пяти двадцати сидит на кухонном подоконнике и идёт к двери, когда она подходит к подъезду. Мужа он за шесть лет не встречал ни разу.На следующий вечер всё повторилось, и на третий тоже. Кот лежит на подоконнике, в какой-то момент поднимает голову, смотрит вниз во двор, спрыгивает и идёт в прихожую. Сын засекал: три минуты, ровно столько муж паркуется и поднимается. На третий вечер муж сфотографировал кота у двери и отправил фото своей маме.Разгадала дочь. В субботу муж переобулся на зимнюю резину с шипами, и машина теперь въезжает во двор со своим звуком: шипы цокают по сухому асфальту, будто по двору ведут лошадь. По мотору кот его шесть лет не отличал, а шипованная машина в нашем дворе пока одна.Проверили так: один вечер муж приехал на автобусе, и Борис пролежал на подоконнике до ночи. На следующий вечер муж приехал на машине, и кот ждал его у двери за три минуты. Теперь муж въезжает во двор медленно, чтобы Борис успел дойти.Кот ждёт мужа или всё-таки шипы?

ЛЕЧЕБНОЕ.... У меня щаз было испытание "не придуши ближнего своего". Зашла в аптеку за Валерием - за свет очей моих таблетушками желтенькими успокоительными. Валерианка, да. Шла по улице быстро, потому что крышечку с меня срывало ещё вчера. (Та кому я вру, я уже лет десять без крышечки хожу, мозгами наружу) Я женщина высокочувствительная к погодам, к полнолуниям, к затмениям, к храпу и "оооо аааа левее дааааа!!" соседскому. Мне срочно нужна была валерианка, срочно. Прям щаз, иначе ААААААА!!!!! Мироздание сочувствующе посмотрело на меня и сказало: "Канеш, все будет в лучшем виде!". И действительно. Очереди в таблетошном магазине не было. Ну, как не было. Просто там у окошечка стояла бабулечка, перекрывая мне собой весь портал в мир покоя и крепких нервов. Она просто лежала там, как на амбразуре и ,судя по раскосому взгляду аптекаря, давно: -А мне вот доктор ....не надо в меня пальцем тыкать, я не сплю...выписывал такие капли в зелёной бутылочке. Не припомню названия. -Может уточните у доктора? -Что вы такое говорите, я по вашему медиум?! Он помер ещё в прошлом веке. Или не помер...или это я померла...запутали меня! -Тогда давайте я вам принесу все зелёные бутылочки, а вы выберете? -Нет, не надо. Я же просто диалог с вами поддерживаю, милочка. Вы же тут сидите круглосуточно, вам же хочется с человеком живым поговорить, правда? -Там сзади вас женщина в красных очках витрину грызет. Давайте я ее обслужу быстро? Женщина, вам чего? -ТОПОР!!! И валерианки!! Много-много-много валерианки!! И булавку! Глаз дергающийся пристегнуть. И тут бабулечка решила мне помочь: -Дитя мое, валерианка имеет накопительный эффект. Вам нужны мои капли в зелёной бутылочке. -Давайте же их искать! -Я вспомнила. Их не в аптеке дают. -А где?! -В винно-водошном. И мы взялись за руки, я, бабулечка и аптекарь и побежали вприпрыжку лечить нервы. Побежали с нами, люди?) © Зоя Арефьева

Знаете, почему мы так любим пережёвывать старые обиды? Потому что это единственный «сериал», где мы знаем все серии наперёд, а главный герой всегда прав.Мы тешим себя мыслью: «Я запомню — значит, я вооружён». Но что, если мы просто носим пыльный архив, который уже никто не собирается открывать?1. Почему мы так любим вспоминать обиды?Потому что нам кажется, что так мы их контролируем. Держим в уме, перебираем, анализируем. Как будто если мы запомнили — значит, мы защищены. Но на самом деле мы просто носим в себе архив того, что нас ранило, и перечитываем его снова и снова.2. Разве не естественно помнить, кто и как тебя задел?Естественно. Но есть разница между памятью и учётом. Одно дело — знать опыт. Другое — вести бухгалтерскую книгу обид, куда заносится каждая мелочь. Это, кстати, древняя практика. В греческом языке есть слово логизомай — бухгалтерский термин, означающий «подсчитывать» и «записывать в графу». Для финансов — необходимость, для отношений — яд.3. То есть любовь не считает?Она принципиально не открывает такую книгу. Не потому, что глупая или наивная, а потому что вести учёт зла — значит заранее готовиться к возмездию. А любовь не готовит расправу. Она гасит обиду, не давая ей осесть в памяти как улика.4. Как это работает на практике?Вспомните, как устроено прощение там, где речь идёт о чём-то безусловном. В том же древнем тексте говорится: Бог «не вменяет» греха — не заносит в книгу. Смыто — и нет записи. Только слово «праведный» напротив имени. Всё. Никаких постскриптумов, никаких «но ты помнишь». Так и любовь: она не коллекционирует доказательства чужой неправоты.5. Как же справедливость? Как не запомнить, если тебя реально обидели?Никто не призывает забывать факты. Речь о другом — о решении не делать из этих фактов оружие. Иоанн Златоуст сравнивал зло, причинённое любви, с искрой, падающей в море. Она гаснет мгновенно, не оставляя ни дыма, ни угля. Любовь не стирает память — она стирает приговор.6. Получается, прощать — значит отпускать без остатка?Да. Злоба ведёт досье и ждёт часа расплаты. Любовь не ведёт никаких записей, потому что у неё нет отсека для мести. Если нам самим ежедневно прощают гораздо большее, чем мы прощаем другим, то какой смысл копить чужие мелкие долги перед собой?7. Что в итоге?Мы выбираем не между справедливостью и всепрощением, а между жизнью в архиве старых ран и жизнью в настоящем. Любовь не мыслит зла — это не идеализм. Это практика. Единственная, которая работает. От Алевтины Руис-Диас

«Мои волшебные леггинсы» — история на 3 килограмма Я купила их с чистой совестью и лёгким скепсисом. Обычные «легинсы для похудения» — плотные, с высокой посадкой, с тем самым эффектом сауны. Честно? Я не верила, что штаны могут что-то сделать за меня. И правильно не верила. Но случилось неожиданное. Первый эффект оказался психологическим. Надеваешь их утром — и как будто уже спортсменка. Не в пижаме, не «перекантуюсь дома», а вот она, я, готовая. Смешно, но именно в этих леггинсах я впервые за год вышла на улицу просто так — без цели, без «надо». Второй — честный. Они хорошо держат, ничего не сползает, кожа дышит умеренно, и после сорока минут быстрой ходьбы под ними действительно тепло. Какой то странный эффект. Просто тело разогрелось, пульс поднялся, и захотелось воды — а не третьей чашки чая с печеньем. Третий — и главный. Леггинсы стали якорем привычки. День без них — как день без утреннего кофе. Так шаг за шагом набралось: 40 минут ходьбы, потом 7 000 шагов, потом лестница вместо лифта. Еда не поменялась радикально — просто ушли вечерние «перекусы от скуки». Через два месяца — минус три килограмма и минус пять сантиметров в поясе. Я не верила в термоэффект для похудения, но, видимо, в комплексе эти леггинсы согнали мой жирок с талии и живота. Делюсь ссылкой на Озон для тех, кто хочет скинуть килограммы между делом, не напрягаясь - https://www.ozon.ru/product/leginsy-dlya-pohudeniya-soxy-1-sht-2864813981/?advRef=3ALruEGQHLfkV437q1C5nbRn3Yd9NuqUzoT5rgXHkkdNYkmXVYVPQL9YHcazacsyk9wb1vo6YsQ1YZU885zq4LVNwTnq5AXjt7ggYJXDAzA1X8T2 #ТоварOzon Реклама. Информация о рекламодателях по ссылке https://s.ozon.ru/6lVSzOv

Богатый владелец супермаркета решил сделать доброе дело – пригласил в свой магазин детей-сирот из детдома. Когда их привезли в магазин, благодетель сказал:– Дети, до открытия магазина осталось 15 минут и у вас есть ровно столько же времени, чтобы пройти по магазину и выбрать себе одну игрушку.Дети с шумом разбежались по магазину. Наперегонки. Каждый хотел выбрать себе игрушку получше. И вдруг богач заметил, что один мальчик стоит рядом с ним и никуда не бежит.– Что же ты стоишь, мальчик?! Уже не так много времени осталось. Беги быстрее – выбери себе что-нибудь.– А я уже выбрал, – вдруг ответил сирота.– Что же ты выбрал? Ведь у тебя в руках ничего нет!– А я ...вас, дяденька, выбрал!Ребенок вскоре был усыновлен владельцем супермаркета.Возможно, эта притча кому-то покажется наивной, но она содержит драгоценное зерно, которое можно упустить: Люди часто в своей жизни бегают за «игрушками» и благами, в то время как Даятель всех благ – совсем рядом.

Дед сегодня встал с кресла буквально на пять минут. Вернулся - все. Место занято. Кошка уже развалилась там так, будто это вообще ее кресло и дед просто временно пользовался.Он стоит рядом и говорит: “Ну и куда мне теперь?”А она даже голову не подняла.Я ему говорю: “Сам виноват. Нечего было место оставлять”.Он еще пытался ее подвинуть. Она только лапы вытянула и устроилась еще удобнее.В итоге дед сел на другой стул.Сидит, ворчит, телевизор смотрит. А кошка спит на его месте и вообще ни о чем не переживает.Вот так у нас и выяснилось, кто в доме главный. У вас кошки тоже занимают самое удобное место, как только кто-то встал?

Он вернулся домой уже под утро, еле держась на ногах. Отдал таксисту последние три сотни, с трудом попал «таблеткой» в замок домофона, добрался до лифта. Несколько раз нажал кнопку вызова кабины, выматерился, поняв, что лифт не работает… Держась за перила, поплелся на седьмой этаж, к своей квартире. На четвертом этаже почувствовал тошноту, рывком открыл крышку мусоропровода, его вырвало. Глупо хихикая, он подошел к двери своей квартиры, зазвенел ключами. Тут же испуганно сжал связку второй рукой. Может не услышит? А вдруг? Часть хмеля выветрилась, в голове немного прояснилось… Зашел в прихожую, аккуратно притворил дверь, снял ботинки, на цыпочках прошел в свою комнату, быстро разделся, бросив одежду на стул, юркнул под одеяло… Немного повозился, повернулся на бок и выдохнул, погружаясь в тревожный алкогольный сон….. - А ты знаешь сколько сейчас времени!? А!? Его подкинуло на кровати. - Твою мать! Зачем так подкрадываться? - Я повторяю свой вопрос – сколько сейчас времени? – голос в темноте переместился к изголовью кровати. Он зашарил рукой, пытаясь нащупать выключатель торшера.. - Ты думаешь что на свету твоя рожа будет выглядеть привлекательнее? Я отсюда чувствую запах той дряни, которую ты пил. Не включай! У меня от яркого света болят глаза! Он перестал искать выключатель, сел на кровати и сказал в темноту: - Блин, давай завтра, а? Я проснусь, мы поговорим, ты опять расскажешь мне, какая я скотина, что скоро уйдешь от меня, что хуже меня ты никого не знаешь… Темнота грустно вздохнула: - Да если бы был толк от нашего разговора… Ты бездушная скотина. И знаешь что самое страшное? Ты даже сам не подозреваешь, какая. Ведь дело не в том, чтобы любить, важно знать, что тебя любят! Ну все, заговорила цитатами из соцсетей. Это теперь минут на пятнадцать, не меньше… - Я отдала тебе свои лучшие годы. Ты думаешь мне много осталось? Никто не знает, сколько нам отмерили, важно, как ты проживешь отмерянное!! Жизнь нужно прожить так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы! О, Островский попер… - Ну хочешь я завтра куплю тебе что-нибудь. Выбирай любую вещь. Любую! - Мне от тебя ничего не нужно, кроме одного. Я хочу, чтобы меня любили! Просто любили, чтобы за мной ухаживали! Неужели это так сложно понять!? Это так просто, почему ты этого не понимаешь? - А я не ухаживаю? У тебя все есть, живешь в отдельной квартире. Ну иногда приходится побыть одной. Это что, страшно? И вообще, если что-то не нравится – вали к маме! - О-о, опять эта отговорка! – он ясно представил как она закатила глаза. – Нет, не страшно! Мне уже ничего не страшно после того что ты со мной сделал. Да-да, я про ту операцию! И на мою маму намекать не нужно. Ты прекрасно знаешь что она очень занята – она растит еще четверых! Какой же ты все-таки подлец! - Зараза! Никакого покоя! – он рывком встал с кровати и, шатаясь, пошел на кухню. Включил свет, рывком открыл дверь кухонного шкафчика, достал банку и резко дернул кольцо крышки… - Вот только нервничать не нужно! – в кухню, щурясь от света, вошла кошка Муська. – И эту, с рыбкой, я жрать не буду! Открой с курочкой! - Да раскудрит твою раскудрядь! – он достал другую банку. - И воду смени, задолбалась я из мойки пить. Он послушно налил в миску воды из фильтра. - Все!? - А я говорю тебе – не нужно нервничать! Иди, ложись… Ноги только не раскидывай, с тобой спать буду, темноты боюсь, любовь моя. - Ой, только триндеть не нужно, да? Муська с урчанием поедала содержимое банки и поэтому не ответила. Он прошел в комнату и лег на кровать. Перед тем как заснуть он в очередной раз дал себе слово больше не пить, ведь по трезвости он ее не слышал… Автор: Валерий Чемеров.

Застрял в долбанном лифте, уже минут десять, наверное стоим. И не один, блин, а с какой-то бабкой. Ладно, не бабка, женщина, лет под шестьдесят. Я уже психую, пытаюсь на все кнопки жать, а она стоит, смотрит на меня и молчит. Я говорю "ну вот, приплыли", а она спокойно так "ничего, молодой человек, бывает и хуже". Я от такого спокойствия ещё больше завёлся, говорю "хуже — это когда я на важную встречу опаздываю, и меня шеф потом сожрёт". А она вдруг улыбается и говорит "а я так на похороны опаздываю". Я аж замолк. Не знаю, что сказать. Спрашиваю, "кто-то из близких?" А она мне рассказывает, что сестра её умерла, и они давно не общались, поругались по глупости. И теперь она едет, чтобы хотя бы на похоронах с ней попрощаться. И тут у меня в голове что-то щёлкнуло. Я тоже с братом своим не общаюсь. Пять лет уже. Из-за такой же, блин, глупости. Я сидел, слушал её, и вдруг мне стало так стыдно. За себя, за свою злость, за то, что я из-за какой-то там работы злюсь, а у человека горе. Лифт, наконец, заработал, мы поднялись на нужный этаж. Она попрощалась, пожелала мне удачи, и ушла. Я на свою встречу так и не поехал (смысла уже не было). Вместо этого я достал телефон и набрал номер брата. Мы говорили минут сорок. Я даже не помню, о чём. Просто слушал его голос, и понимал, что всё это время я был неправ. Вот так, из-за одной женщины в лифте, я понял, что в жизни действительно важно, а что нет.

Уходят наши,безвозратно,старики И после них,всегда,дома пустеют Ворота скрипнут, от безудержной тоски, От окон жутким холодом повеет, А раньше дом,родных,своих,встречал И очень вкусно пахло пирожками, И радостно, на всех, отец ворчал, Сквозь слёзы улыбаясь, нашей маме. И сморщенной рукой, прикрывши рот, Измучавшись, от тягостной разлуки, Спешила мать, на встречу, до ворот, Хватая,всех,внучат своих, на руки. Дом оживал и в окнах свет горел И до поздна, звучали разговоры, И радостно, на всех, отец смотрел И суетилась мать,забыв задёрнуть шторы. Ну, а когда ложились спать потом, То снова, в нашей памяти всплывало, Как руки мамы, пахли молоком, Когда она, подушку поправляла, А в час,когда нас выходили провожать, Сквозь слёзы, мать, всем улыбалась снова, Молчал отец, не зная что сказать И лишь на мать, поглядывал сурово И не забыть тот взгляд тоскливых глаз, Перед глазами, та "картина", и по ныне, Когда ,всех мать перекрестила нас, Махнув рукой,вслед отъезжающей машине. Уходят наши, безвозвратно,старики Нам смерть, их лица, лишь на фото оставляет И скрипнет сердце,от безудержной тоски, Когда душа, страницы памяти листает...Автор: Михаил Сухорученко

Так и было🙂

«РАНЬШЕ ЕЛИ ВСЁ — И НИЧЕГО!» А ТОЧНО ЛИ ЕЛИ ТО ЖЕ САМОЕ? 🤔 Эту фразу я слышу постоянно: наши родители ели колбасу, мороженое, масло, сгущёнку — и никто составы под лупой не изучал. Но есть один нюанс: названия продуктов остались знакомыми, а вот то, что находится внутри упаковки, может сильно отличаться. 🍦 Пломбир. Раньше основа — молоко, сливки и сахар. Сегодня рядом с настоящим пломбиром можно встретить продукты с заменителями молочного жира, стабилизаторами и эмульгаторами. 🌭 Колбаса. Классическая рецептура — мясо, яйца, молоко, специи. В более дешёвых вариантах сегодня могут использовать мясо птицы, соевый белок, крахмал и другие добавки. 🥫 Сгущёнка. Молоко + сахар — максимально простой вариант. Но рядом на полке могут лежать продукты с сухим молоком, растительными жирами и загустителями. 🥄 Сметана. Сливки и закваска — и всё. Но «сметанный продукт» — это уже другая категория, где могут присутствовать растительные жиры, крахмал и стабилизаторы. 🧈 Сливочное масло. Смотрите не на красивую пачку, а на название и состав. Для обычного сливочного масла ориентир — сливки, а распространённая жирность — 72,5% или 82,5%. 🧀 Сыр. Сыр и «сырный продукт» — не одно и то же. Во втором часть молочного жира может быть заменена растительным. 🍗 Курица. Здесь изменения особенно заметны. Современные бройлерные кроссы способны достигать убойного веса примерно за 5–7 недель. Но дело не в страшилках про «гормоны»: быстрый рост связан прежде всего с многолетней селекцией, питанием и условиями выращивания. И главное: я не говорю, что современная еда — это яд. Пищевые добавки существовали и раньше, а длинный состав сам по себе ещё не делает продукт вредным. Мы просто живём в другое время: изменились технологии, рецептуры и способы производства. Поэтому мой принцип простой: не ведитесь только на знакомое название на упаковке — переверните её и прочитайте состав. ☝️ КАК НАЙТИ ТОТ САМЫЙ ВКУС — На упаковке ищи «ГОСТ», а не «ТУ». — Пломбир без «ЗМЖ» (заменителя молочного жира). — «Сметана», а не «сметанный продукт». — В масле жирность 72,5% или 82,5% и в составе только сливки. — Чем короче состав, тем ближе к детству. А теперь вопрос: какой продукт из детства, по-вашему, изменился сильнее всего? 👇

— Ленка, беги, там детей изымать твоих идут! Я сама видела! — прохрипела, ворвавшись в магазин, Пудовна, кругленькая женщина с крупными красными бусами на шее. Стоящая за прилавком женщина вздрогнула, рассыпала из совка крупу, которую отсыпала из большого, стоящего у ее ног мешка, поправила платок. — Кто? Как? Да с чего ж?! — заговорили в очереди. — А с того, что дети без присмотра, что дом в грязи, тараканами всё засижено! Сколько можно это терпеть?! Нарожала неизвестно от кого, теперь растут как сорная трава! — спокойно пояснила стоящая в стороне Дарья Федоровна. — А у нас колхоз приличный. Детей спасать надо. Все разом обернулись, посмотрели на говорившую. Та и бровью не повела, уверенная в своей правоте. — Ты что, Даша?! Что ты такое говоришь?! Ты что ли донесла? — прошептала Пудовна, закрывая рот рукой, как будто боялась вылетающих из него слов. — Даша! Вы же соседки… Дарья Федоровна, красивая, статная женщина, с чуть крупноватыми чертами лица, округлыми, уютными бедрами и пышной грудью, усмехнулась. — Ну знаете, соседство тут ни при чём! А детей надо спасть! Или вы считаете, что не заслужили эти дети хорошего ухода? — строго ответила она, развернулась и ушла. Лена, вздохнув, быстро сняла фартук. — Извините, вот так получилось… Приходите через час, — кивнула она собравшимся односельчанам, сунула ноги в ботики, надела жакетик и кинулась вон из магазина. Люди смотрели, как она бежит по улице, не разбирая дороги, как наступает прямо в лужи. По чулкам уже расплылись мокрые пятна, ботиночки хлюпают глинистой водицей, ступням холодно, но Лене все равно. Успеть бы… … — И что, так всё у нее плохо? — спросил стоящий в очереди мужчина. Все обернулись на его голос. — А вы, собственно, кто? — хмуро буркнула Пудовна. — Зачем вам про Лену нашу знать? Мужчина поставил на пол рюкзак, поправил воротник ветровки. — Меня зовут Константин Дмитриевич. Я дальний родственник Косолапова, того, что у старой мельницы участок держал. Вот, приехал посмотреть, что да как. Пару раз тут в детстве отдыхал, потом не ездил… — Ну вот и смотри свою мельницу, а Лену нашу не трогай, — отрезала Пудовна, запахнула кофту на своём необъятном бюсте, развернулась и зашагала прочь от магазина. Она решила дойти до Лениной избы, может чем поможет, отстоят они вместе ребятишек… Лена, запыхавшись, распахнула калитку и взбежала по скрипучим ступенькам на крыльцо. Голова кружилась, кололо в боку, но это сейчас неважно, это пустое все, главное, чтобы все хорошо закончилось. Пока бежала, она все думала, кто донес на неё? Вроде бы все свои, живут вместе, к ней в магазин ходят, никого она не обсчитывала, никого не обижала… Кто же?!.. Распахнув дверь из сеней в горницу, Лена застыла на пороге, разглядывая сидевших за столом двух женщин. Старшая Ленина дочка, десятилетняя Юля, расставила перед ними чашки, теперь разливает заварку, а младшие – Мишка и Егорка, — сидят на лавке у печки, как обычно, вымазавшиеся в какой–то разноцветной грязи, жуют булки и исподлобья наблюдают за гостями. Женщины в красивых, по фигурке сшитых костюмах, со строгими прическами, волосок к волоску, скользят взглядом по избе, как будто каждый сантиметр прожигают своим вниманием. Лена тоже невольно осмотрелась. Толстый рыжий кот Левка валяется под стулом, на подоконнике Мишина посуда с утра осталась, забыли помыть, половичок на полу скомкался, пошел морщинками, разноцветные полоски на нем сделались серо–коричневыми, тусклыми… — А вот и мама! — улыбнулась Юля, кивнула Лене. — Мам, у нас гости. Вот сейчас чай будем пить.

- Прихожу, он заявляет, Ленок, так устал — руки не поднимаются, когда ужинать будем? То есть поле вспахал, пять вагонов разгрузил, колодец выкопал, всё в одиночку и в непогоду, руки, натруженные мышкой, у него не поднимаются, картошку почистить ими никак, лучше подождать два часа, у меня почти сто контрольных на проверку, у меня семь уроков и родительское собрание, у меня Петров в 10-ом «А»! Петров! Хотела, чтоб он меня понимал, похоже, слишком много хотела.Иванов говорил: - Зарабатываю дай Бог каждому, могла бы, вообще, дома сидеть, жаждешь работать? Работай, я не против, но не по двенадцать часов! То тетради, то олимпиады, то Петров в милицию попал — и так по кругу, Петров-поганец как член семьи, навек прописался в моих кошмарах, что она с ними возится?! Надеется взрастить из петровых нобелевских лауреатов? Хотел, чтоб меня дома ждали с улыбкой и ужином, а не с Петровым и тетрадями, я что, слишком много хотел?Развелись. Разъехались. Всё как у людей.Иванов завёл себе Настю. Довольно скоро поменял её на Дину. Дину на Еву. И даже не вспоминал про постороннюю женщину Иванову. Почти.Ехал домой, остановился на светофоре, посмотрел по сторонам и в соседней машине увидел Иванову, сидит рядом с каким-то гнусным типом, хохочет, а у него лысина на пол башки и нос кривой, да чем он может насмешить?! С таким-то носом! Тьфу! Хорошо, что развелись. За ужином начал рассказывать, как день прошёл, Ева слушала, привычно кивала, ахала и поддакивала. Или не слушала, но кивала, ахала и поддакивала. Дура.Через неделю не выдержал, посмотрел расписание на сайте школы, факультатив с шести до восьми. Иванова вышла без четверти девять, ну да, как же, великий педагог, несёт свет ученья в массы петровых. Сказал: - Привет, Иванова, вот, мимо проезжал, давно не виделись, давай сходим поужинаем, поговорим. Сказала: - Здравствуй, Иванов, не вижу смысла ни в ужине, ни в разговорах, что ты меня держишь? Отпусти немедленно! Потом искры из глаз и темнота. Очнулся на земле. А над ним склонилась Иванова. А за Ивановой в тусклом фонарном свете маячил некий амбал, бубнил: - Еленандревна, ну я ж не знал, ну я ж думал, пристаёт, гадина, ну Еленандревна, я ж не хотел, ну я ж слегка, а он сразу с копыт! А Иванова плакала и говорила: - Сашенька, ты меня видишь? Сашенька! Скажи что-нибудь! Петров! Ты идиот! Сила есть, ума не надо! Сашенька, миленький, ты живой?! Пахло прелыми листьями, на школьный двор опустился туман, на щеку Иванову упала слеза, обожгла, горячая, и он подумал, давно ему не было так хорошо и так спокойно.Через год расписались, тайком, никому не сообщали, зачем людей смешить. Но на ступеньках загса их дожидался студент первого курса мехмата Петров с дурацким букетом жёлтых хризантем. Откуда только узнал.Автор: Наталья Волнистая

Следы от резинки держатся до вечера — пять тихих знаков, что тело держит водуМилая моя, если к вечеру сняла носки, а резинка оставила глубокий след, который держится и держится — это не просто усталость. Тело так показывает, что воду задерживает. Я сама через это прошла, и теперь знаю, на что обратить внимание.Первое — обувь к вечеру стала теснее, хотя утром была впору. Второе — кольцо на пальце будто впивается, хотя раньше крутилось свободно. Третье — лицо к утру одутловатое, будто не выспалась, хотя спала нормально. Четвёртое — вес скачет за день на полтора-два килограмма без причины. Пятое — после того, как посидишь, встать труднее, ноги налитые, тяжёлые.Если эти знаки собираются вместе — значит, надо посмотреть, что в доме изменилось. Я у себя заметила: как только начинаю вечером хлеб с солью да солёную рыбку брать — наутро лицо отёчное. Теперь стараюсь ужин делать полегче, без пересола. И воду пью спокойно днём, а не литрами на ночь.Тело умное, внученька. Оно всегда подсказывает, если что-то не так. А у вас бывает, что следы от резинки держатся долго?

Свекровь приехала в четверг без предупреждения, как обычно, и попала на мои котлеты. Я не напряглась. Двадцать лет мои котлеты были «ну, нормальные», и в этот раз я решила, что оправдываться не буду: не нравится, в холодильнике есть сыр.Она съела одну, помолчала и спросила, что я туда кладу. Я сказала: тёртый кабачок вместо хлеба, чтобы сочные. Она сказала: покажи.Я показала. Она записала на телефон. Медленно, одним пальцем, переспрашивая, сколько кабачка на килограмм фарша.Потом мы полчаса стояли у плиты вдвоём, и она рассказала, как в первый год после свадьбы жарила котлеты для свёкра и они разваливались, а его мать смотрела и молчала. Я двадцать лет думала, что у неё всё получалось сразу.В субботу позвонила и сказала, что сделала по-моему, и свёкор съел шесть штук. Голос был такой, будто она признаётся в чём-то неприличном.Савелий в это время сидел у неё на коленях, чего не делает ни с кем из нас. Кот понял раньше меня, что война закончилась.Двадцать лет я ждала этого разговора. Оказалось, нужен был просто кабачок.А у вас со свекровью есть блюдо, из-за которого перемирие?

Сашка был знаменитостью детского дома. За его десять лет его забирали и возвращали в детский дом целых пять раз. А теперь у него уже и надежда пропала, он уже взрослый, кому он такой нужен.Он помнит самый первый раз, когда его забрали первые мама с папой. Тогда ему было почти два года, мама была весёлая, смешливая, и от неё пахло конфетами. Она наряжала его в красивые костюмчики и водила в гости, показать своего рыжего сынишку, которого называла «моё солнышко». Когда Сашке исполнилось четыре года, папа посадил его напротив себя. - Саша, у меня серьёзный разговор к тебе, — сказал папа. - Да, пап, — весело сказал ничего не подозревающий Сашка. - Мы с мамой ждём ребеночка, он у мамы в животике, — сказал папа. - Круто, — обрадовался Сашка. - Да, круто, — сказал, отводя глаза папа, — но мы с мамой решили тебя отвезти обратно, в детский дом. Сашка испуганно посмотрел на папу. - Это ненадолго, Сашка, мы тебя через год заберём, — сказал папа.Когда Сашку привезли в детский дом, он бежал по коридору за приемными родителями, ревел и просил не оставлять его. Но они шли к выходу и даже ни разу не оглянулись. Второй раз был через полгода после возвращения. Сашка сидел в кабинете директора и слушал, как Тамара Михайловна объясняет новым родителям, что мальчика недавно вернули приёмные родители, что у ребёнка травма, с ним нужно быть терпеливым. Новая мама на всё согласно кивала головой. Через две недели Сашку вернули в детский дом. - Он слишком много ест, мы его не прокормим, — сказала бывшая мама. Сашка даже не плакал, он всего лишь попросил у новой мамы жареной картошки, которую очень сильно любил. На что мама раскричалась на него, что он должен есть то, что ему дают, и поставила перед ним тарелку с овсяной кашей. Сашка поковырял её и смог съесть только пару ложек, каша была даже не посолена.В третий раз вернули, потому что Сашка слишком молчаливый. В четвёртый раз, потому что не способный к музыке. В пятый раз - слишком много болеет.Больше его не показывали потенциальным родителям. Боялись, что и так у мальчика травма на всю жизнь. Сашка из весёлого, любопытного превратился в замкнутого и неразговорчивого мальчика. Он даже не завидовал другим ребятам, когда их забирали новые родители, он всё ждал, когда и их вернут так же, как его. Однажды в их детдомовской школе прорвало канализацию, и они стали ходить в соседнюю, районную школу. В первый же день к Сашке подошёл мальчик из класса, в котором он теперь учился и предложил дружить. Сашка удивился, конечно, но согласился. Друга звали так же как и его, Сашкой. Но они решили, что один будет Сашкой, а другой Санькой. С этого дня они стали не разлей вода, на уроках вместе, на переменах вместе, друг Санька провожал его до детского дома. Как-то раз Санька пригласил друга к себе домой поиграть в приставку. Дома была мама мальчика, она накормила ребят. Всё время, пока ребята сидели на кухне, она с жалостью смотрела на детдомовского друга своего сына. - Саша, если хочешь, можешь приходить к нам на выходные жить, и с ночевкой оставайся, — предложила в друг она. - Правда, можно? — удивленно поднял брови Сашка. - Конечно, — улыбнулась мама друга. В эти же выходные он остался у друга, и в понедельник тоже остался на ночь. Директор детского дома видя ситуацию, скрепя сердце отпустила Сашку к другу домой, но решила вызвать женщину, приютившую их воспитанника, на разговор. - Здравствуйте, меня зовут Тамара Михайловна, я директор этого детского дома, — представилась женщина. - Здравствуйте, Светлана, мама Саньки, друга вашего Саши, — улыбнулась посетительница. - Вы знаете историю Саши? — спросила директор. - Нет, а что не так? — испуганно спросила Светлана. - Дело в том, что у Саши трудная судьба, он хороший мальчик, добрый, весёлый, отзывчивый, не капризный, но его возвращали из приёмных семей пять раз, — объяснила директор. - Какой кошмар, бедный ребенок, — прижала руки к щекам Светлана.

А быть счастливой меня одна старушка научила. Вскоре после того случая я опять захандрила слегка, но, уже умея с этим бороться, пошла в Летний сад утрясать свою взбаламученною душу. А чтобы не сидеть без дела, взяла с собой незаконченное вышивание, парадную скатерть. Платье надела самое простенькое, а волосы заплела в косу и не стала делать никакой прически: не на бал ведь, а на душевную стирку собралась идти. Прихожу в Летний сад, нахожу свободную скамеечку, сажусь и начинаю свою работу. Вышиваю, а сама себя успокаиваю: «Опомнись, успокойся! Ты же знаешь, что ты не несчастна». Немного я поуспокоилась за работой и с этими мыслями и собралась идти домой. Тут со скамейки напротив поднимается старушка, подходит ко мне и говорит: - Если вы не торопитесь, то позвольте мне присесть рядом и кое-что вам сказать, — Конечно, пожалуйста! Садится она рядом, смотрит на меня с улыбкой и говорит: — Знаете, я целый час за вами наблюдала, и это был очень хороший для меня час. Такое редко теперь увидишь. — Что же тут особенного? — Все! В центре современного Ленинграда вдруг увидеть молодую красивую женщину с темно-русой косой, в скромном белом платьице из холстинки да еще с вышиванием в руках! Вы даже представить себе не можете, какая это чудесная картина со стороны! Это я кладу в свою счастливую корзинку. - А что это за «счастливая корзинка»? - О, это большой секрет! Но вам я его открою. Вы хотите быть счастливой? — Да, конечно! Все хотят. - Все хотят, да не все умеют. А вас я научу. В награду за то, что вы мне дали. Счастье, деточка, это вовсе не удача, везение, и даже не любовь, как вы сейчас наверняка по молодости думаете. Счастье — это счастливые мгновения, когда спокойное сердце кому-то или чему-то улыбается. Вот я сидела на скамеечке, видела красивую девушку напротив, прилежно что-то вышивающую, и мое сердце вам улыбалось. Я отметила это мгновение, чтобы потом проживать его снова и снова, спрятала его в «счастливую корзинку». Теперь, если мне станет грустно, я открою свою корзинку и начну перебирать свои сокровища. Среди них будет мгновение, которое я назову «Девушка в белом вышивает в Летнем саду». Я прикоснусь к нему, и мгновение тотчас расцветет, и я увижу на фоне темной летней зелени и бело-мраморных статуй девушку с вышиванием на коленях. Я вспомню, что на ваше платье падали солнечные зайчики сквозь листву липы, что коса ваша перекинулась через спинку скамьи и почти касалась кончиком земли, что босоножки вам немного жали, а потому вы их сбросили и сидели босиком, чуть-чуть ежась ногами от прохлады земли. Может быть, что-то еще вспомнится, какая-то подробность, которую я сейчас еще не вижу. — Как это замечательно! — воскликнула я. — Корзинка со счастливыми мгновениями! И вы всю жизнь их копите? — С тех пор, как меня научил этому один мудрый человек. Да вы его знаете, читали! Это Александр Грин. Мне-то он сказал это лично, мы когда-то дружили. А вы можете найти эту же мысль во многих его рассказах. И вы поймете, что мудрый и щедрый сердцем человек способен забыть и простить жизни все дурное, сохранив в памяти только хорошее. Но для этого надо тренировать память сердца: вот я и придумала себе «мысленную корзинку счастливых мгновений». Я поблагодарила старушку и пошла домой. А по дороге начала вспоминать счастливые минуты с самого раннего детства, и когда я пришла домой, в моей «корзинке счастья» уже лежали первые сокровища.Юлия Вознесенская

Ликвидация остатков банкротов на WB Артикул на товар выложила в своем канале макс, ссылка ниже Смотреть #реклама max.ru О рекламодателе

"Мы живем в однушке, и, когда я сплю, она старается не шуметь. Проснулся однажды, смотрю, а она курсовую пишет и буквы на клавиатуре нажимает медленно-медленно, чтобы не стучать"."Осенью мы с мужем ехали на машине из леса, и на меня начал спускаться паучок. У меня арахнофобия, я еще отреагировать не успела, как он без слов убрал паука — и это учитывая, что дорога была очень плохой и требовала концентрации. Мне было приятно, что я тоже нахожусь в зоне его внимания"."Я во время беременности полюбила настольные игры. В скрабл мы играли, и я все время выигрывала, потому что он якобы не мог составить слов длиннее, чем "сон" и "дом". А однажды, когда я отошла, он выкрал у меня твердый знак, с которым трудно составить слово на поле, и заменил его на букву "а""."Был глупый конфликт с соседями по гаражу. Мы стояли на улице, мужики меня обвиняли в том, чего я не делал, а я так опешил, что даже оправдывался неубедительно. Тогда она выскочила из машины и начала наступать на этих парней, так агрессивно защищала меня и отчитывала моих собеседников, что они в итоге стали извиняться. В итоге все мы рассмеялись, конфликт был улажен. А я тогда понял — моя женщина"."Мы друг другу вслух читали, когда кто-то был рутинной работой занят. Например, он чинит мои ботинки — я читаю. Я перебираю рис — он читает. Незабываемые ощущения. Это было в 90-х, до сих пор помню"."Иногда утром я просыпаюсь, свежая, выспавшаяся, и радостно говорю мужу: "Как здорово, милый, что дети ночью не плакали" и по его усталому лицу вижу, что они плакали"."В самолете она показывала мне то облака внизу, то океан: "Посмотри, как красиво. Какой закат, тебе видно? Пересядь на мое место, к окошку". Ей важно было не самой насладиться красотой мира, а показать этот мир мне. А я больше любовался ее сияющим лицом: "Ты видишь? Тебе нравится" Я видел и мне нравилось"."Дед болел и уже почти не вставал. Сидел с бабушкой на диване, смотрел телевизор. В какой-то момент он взял бабушкину руку и запрятал ее себе под футболку. На наши с мамой взгляды ответил: "Рука холодная, Маня замерзла".Если было интересно и полезно - ставьте лайк этому посту!

Олеся ненавидела всех. А особенно свою мать. Она точно знала, что когда вырастет, и выйдет отсюда, то обязательно ее найдет. Нет, она не собиралась бросаться ей на шею, и кричать:- Здравствуй, мамочка.Она собиралась немного понаблюдать, а потом отомстить ей. За все годы, которые она провела в детском доме, за то, что пока Олеся тут слезы лила, мамашка ее жила себе в удовольствие. Почему-то она не сомневалась, что мать именно так и живет.Олеся всегда была в детском доме, сколько помнила себя, столько и была. Несколько раз ее переводили, потому что она дралась постоянно. И ей было совершенно плевать, кто перед ней-мальчик или девочка. Ее наказывали, запирали в изоляторе, лишали сладкого, но она все равно ненавидела воспитателей, ненавидела детей, и вообще весть свет.Ей было уже 14, когда она перестала драться. Не потому, что она вдруг всех полюбила, а потому, что все и так ее очень боялись. Олесе стало скучно. Она уходила куда-нибудь в дальний уголок детдомовской территории и просто сидела. Сидела, и мечтала о том, как найдет мать и отомстит ей.Как-то раз она услышала странную мелодию. Олеся прислушалась. Ни на что не похоже. Музыку она любила, и всегда замирала, если слышала что-то красивое. Но эта мелодия… Она была очень красивой, очень грустной, даже какой-то тоскливой, но что это звучало, она никак не могла понять.Олеся встала, подошла к кустам акации и раздвинула их осторожно. Ничего себе, это их новый дворник. Она уже успела поиздеваться над ним. На чем это он играет? Олесе было не видно, и пока она тянулась, сама не поняла как, грохнулась прямо в кусты. Мужчина перестал играть и повернулся к кустам. Олеся встала, отряхнулась зло и хотела уйти. Но мужчина вдруг спросил:- Хочешь научу?Девочка опешила. Ее? И она сможет точно так же играть? Разве у нее получится? Она шагнула к нему. Дворнику на вид было лет 50, 55. Не совсем понятно было почему он в таком возрасте работает дворником. Олеся приходила к нему каждый день. Сначала он просто показывал ей, как играть на дудочке. Самое интересно, что сам эти дудочки вырезал. Такие смешные, и одновременно грациозные. Когда у Олеси стали получаться первые настоящие звуки мелодии, она просто не сдержалась и обняла дворника. Вот тогда-то она впервые и разговорились.Звали его Николай Петрович, и жил он в небольшом домике на территории детского дома.- А почему? У вас нет родных, нет дома? - Было у меня, Олеся, все. И дом, и родные… Десять лет назад умерла моя Катенька. Думал-не переживу, если бы не сын... Потом решил он жениться, девушка красивая, но уж больно жадная. Ну, главное, чтоб Сашке моему нравилась. А спустя пять лет разбился мой Сашка на машине. А квартира-то моя, давно уж на него переписана была. Хорошая трешка, в центре. Вот невестка собрала мне чемоданчик и отправила на все четыре стороны.- Но почему вы не боролись? - Зачем, Олеся? Нет тут у меня никого. Все мои любимые ушли. Мне просто нужно как-то прожить то время, пока и мой черед придет. Я к ним хочу, здесь мне больше ничего не нужно.Олесе казалось, что сейчас она ненавидит невестку Николая Петровича даже больше, чем собственную мать. Даже были мысли, сначала невестке отомстить, а потом уже матери.Когда Николай узнал о том, что держит в душе эта девочка, похожая на волчонка, то пришел в ужас. Как же она бедная, справляется со своей ненавистью? Они подолгу беседовали. Николай Петрович чувствовал, что Олеся оттаивает. Она перестала стричь волосы под мальчика, стала более нежной. У нее куда-то пропала желание доказывать свою правоту кулаками. Как-то он спросил: - Олеся, ты через год уходишь, уже решила, кем станешь?Девушка растерянно на него посмотрела.- Нет.. Даже не думала. Все время думала, как отомстить матери. - Ну, допустим.. Ты отомстишь. Только сначала искать ее будешь. Непонятно, на какие деньги, но это мы тоже пропустим, а что потом? Она растерянно молчала. Не приходила к нему целую неделю, а потом все-таки пришла: - Я хочу строить.

Марина Влади ушла из жизни в возрасте 88 лет...😥 Марина Влади (настоящее имя Екатерина Марина Владимировна Полякова-Байдарова; род. 10 мая 1938 года в Клиши-ла-Гаренн, Франция) — французская актриса, певица, писательница и скульптор русского происхождения. Известна в России как последняя жена Владимира Высоцкого.

Нужны 7 желающих для работы с искусственным интеллектом. Требования: 20-55 лет Работа из дома. График свободный. Пришло задание — изучили — выполнили — получили свои деньги. Деньги вы получаете в зависимости от сложности задания. Например: За задание могут платить 500-10.000 рублей. 500 рублей — это около 5-30 минут. 10 000 руб. это 5-6 часов. Работа может быть разной: Оживить фото, создать видео, реставрировать старое фото и т.д. 💰 В среднем новичок получает до 150.000 руб в месяц. А опытный может и 300-500т. Мы обучим вас сами: — 3 дня уроков по 30 минут — Домашки с проверкой и оплатой бонусами — Платим 10 тыс за каждую выполненную домашку ⚡ Набор заканчивается завтра. Для регистрации жмите кнопку "Зарегистрироваться": Зарегистрироваться #реклама 16+ course.neurogansta.ru О рекламодателе

Однажды я приволокла домой тяжелые сумки продуктов. Муж бoлел гриппом, и точно был дома.Я вошла в прихожую и кричy: «Возьми у меня сумкииии!».А он лежит, температура высокая, потеет под одеялом.— Тебе вообще на меня плeвать, да? — спрашивает муж очень зло.Он не понимает, зачем дергать больного человека: просто сними сапоги и сама отнеси сумки на кухню.Я же стою в прихожей и чуть не плачу от обиды. Мужик с температурой, мне кажется, все равно мужик, и ничего страшного, если ты встанешь и поможешь жене донести сумки до кухни. Я ж не прошу рояль дотащить: это просто сумки, и одна минута.Помню, что мы тогда сильно поссорились, ибо, у каждого была своя правда, и она была важнее мира в семье.Это было лет 14 назад, и отношения были на стадии отвоевывания своего пространства на территории семьи.Потом муж учился водить первый автомобиль, чувствовал себя не уверенно, нервничал за рулем.Я пошла на какой-то концерт, и попросила меня встретить у ближайшего метро в девять вечера, после концерта. Метро — как ориентир.В итоге концерт продлился до 22-30, и муж ждал меня два часа. Выйдя из зала, я поняла, что до метро отсюда далековато, и я на своих каблуках буду идти еще полчаса. Я позвонила мужу и стала объяснять, как ему за мной подъехать прямо к концертному залу. Тогда не было навигаторов, были карты, обычные, бумажные. Он не очень понимал, как и куда по ним ехать, он всего неделю за рулем без инструктора.Муж стал злиться, что он и так ждет два часа, так еще куда-то надо ехать, и он сейчас потеряется, и точно нам не встретиться тогда, и лучше он еще подождет у метро, потому что это отличный ориентир, понятный обоим.Я шла к метро, было темно, я на каблуках, натерла ногу и злилась на мужа за то, что он не сорвался ко мне и не поехал навстречу.А муж сидел за рулем и сердился на то, что женщины не знают, что хотят.Помню, что мы тогда здорово поссорились.У каждого была своя правда, и она была важнее мира в семье.Прошло много лет в браке.Вчера вечером у меня сильно разбoлелась голова. Я выпилa тaблeтку и легла под одеяло, потому что визги скачущих детей доставляли мне физическую бoль. Но дети — это дети, и младшей всего два , и она не понимает, что «мама бо-бо «, и лезет играть и целоваться. Я аж стонала от того, как раскалывалась голова.Я не поняла, как заснула. Оказывается, муж забрал детей и поволок гулять. На улице был дождь и неприятный ветер, но они честно прогуляли полтора часа. Когда они вернулись, я проснулась , и голова почти не бoлeла.Оказалось, что у муж тоже чувствовал себя плохо, траванулся чем-то, и его «мутило и крутило» , но он понимал, что кто-то из бoлеющих должен быть сильнее, чтобы дать другому выздороветь.Можно было лечь и меряться уровнем бoли и степенью несчастности, а можно было забрать детей и уйти в дождливую ночь на немилую, но спасительную для меня прогулку.А неделю назад, когда он лежал с температурой, я тоже самое сделала для него. То есть для себя, ведь его выздоровление — это мой приоритет.Три года назад, я, глубоко беременная, вела свадьбу. Заказчики-молодожены хотели «только тебя», поэтому мой живот, который появлялся в зале раньше меня, их не смущал.В день моего мероприятия у мужа был корпоратив и церемония награждения, на которой ему должны были вручать какую-то благодарность. Утром я гладила ему рубашку и долго подбирала галстук.Вечером я прислала ему свою фотографию, где я нарядная, красивая, с мейком , рядом с молодоженами. Мол, полюбуйся, муж, какая я красотка, хоть и с животом.— Ты что, на каблуках? — спросил муж. Он знал, что на последних стадиях беременности у меня отекают ноги и на каблуках особенно тяжело.— Да, это же свадьба. Не могу же я в балетках и с капельницей магнезии вести торжественное мероприятие, — отвечаю я.— А балетки с собой хотя бы? Или ты так и пришла, без сменки?— Без сменки, — вздохнула я. Я вообще вот в таких бытовых делах не продуманная совсем. Забыла балетки.

Свекровь привезла Саше котлеты и сказала при мне: «Это чтобы ты у неё не отощал». Я промолчала. В следующее воскресенье котлеты повезла уже яМы с Сашей женаты полгода. Нина Павловна каждое воскресенье привозит ему контейнеры: котлеты, голубцы, пирог. Ставит в наш холодильник сама, мои кастрюли двигает к стенке.Я не спорю, у неё правда вкусно. Но в этот раз она сказала это. При мне, на моей кухне, глядя на мою сковородку.Саша ел её котлеты и молчал. Потом сказал: «Мам, Настя хорошо готовит». Нина Павловна кивнула так, как кивают ребёнку.Всю неделю я жарила котлеты. Пять раз. Саша уже смотреть на них не мог. В субботу получились такие, как надо, и я сложила их в её же контейнер.В воскресенье мы приехали к ней без звонка. Я поставила контейнер в её холодильник и сказала: «Это чтобы вы у нас не отощали».Она попробовала одну холодную, прямо у холодильника. Сказала, что фарш лучше брать у неё на рынке.Контейнеры мы теперь возим друг другу. Саша говорит, что это самая вкусная война в его жизни.

Мы каждый день доверяем тому, чего не контролируем полностью. Садимся в самолёт, не зная пилота. Заходим в лифт, не проверяя тросы. Едим в ресторане, не стоя рядом с поваром. Принимаем лекарства, не наблюдая, как их производили.И всё же именно в жизни нам почему-то хочется держать под контролем каждую мелочь.Но спокойствие начинается там, где заканчивается попытка предусмотреть абсолютно всё. Сделай то, что зависит от тебя, а остальное отпусти.Иногда вера — это не отсутствие вопросов. Это способность продолжать путь, даже когда ты не знаешь всех ответов.Мы все ходим под Богом. И, возможно, помнить об этом — уже достаточная причина иногда просто выдохнуть.