Двадцать лет ради Гомера: как Гнедич подарил России «Илиаду»
Николай Гнедич поставил точку в переводе «Илиады» — труда, который занял ровно двадцать лет.
Книга вышла в 1829-м. Пушкин тогда писал в «Литературной газете»:
«С чувством глубоким уважения и благодарности взираем на поэта, посвятившего гордо лучшие годы жизни исключительному труду...»
Правда, через четыре года Пушкин сочинит на Гнедича эпиграмму позубастее:
«Крив был Гнедич-поэт, преложитель слепого Гомера, / Боком одним с образцом схож и его перевод».
Сам поэт потом её тщательно зачеркнул, но пушкинисты всё равно прочли.
Сегодня «Илиаду» чаще читают в переводах Вересаева или Минского. Но именно Гнедич первым сделал Гомера доступным для россиян — передал дух подлинника, его пафос и энергию.
Хотя по нынешним меркам перевод трудночитаем. Гнедич держится «высокого слога»: вместо «лошадь» — «конь», вместо «губы» — «уста», вместо «лоб» — «чело». А грубые выражения Гомера он стыдливо смягчает. Ахиллес ругает Агамемнона: «пьяница, образина собачья!» У Гнедича это звучит как «винопийца, человек псообразный!».
Но если эти мелочи не смущают — берите в руки перевод Николая Ивановича.
Он же, как лев истребитель, на юниц рогатых нашедший, / Коих по влажному лугу при блате обширном пасутся / Тысячи; пастырь при них; но юный, еще не умеет / С зверем сразиться, дабы защитить круторогую краву…
На портрете — Николай Иванович Гнедич. Копия с работы Ореста Кипренского.
#Гнедич #Пушкин #Илиада #Гомер #история #литература
