Орлиная верность ч.1
Ранним утром, когда туман ещё стелился по низинам, мужики собрались на озеро. Дороги туда не было — только тропа через заброшенное совхозное поле. Шли не спеша, с удочками за спиной, разговаривали вполголоса. Вдруг впереди, на рыжей прошлогодней траве, метнулась тень. Большая, тревожная.
Подошли ближе и замерли.
На земле, беспомощно растопырив здоровое крыло, билась орлица. Левое крыло волочилось по земле, будто чужое. Глаза — два горящих угля — смотрели на людей без страха, только с яростной, горькой обидой. Кто её подстрелил — взрослый ли охотник, зашедший за удачей, или мальчишки с рогаткой, — уже не важно. Важно было то, что она не могла лететь.
Рыбалка в тот день не состоялась. Мужики аккуратно, на куртках, понесли птицу обратно, на ферму, к ветеринару Никите. Он один на всю округу знал, как помочь.
Никита жил в небольшом домике, передняя половина которого была отведена под ветеринарный пункт с конторкой, запахом йода и вечным чаем на печке.
Он осмотрел орлицу при свете мощной лампы.
— Камнем, — сказал он, будто констатируя несправедливость мира. — Кто-то кинул. Кость перебита.
Он наложил шину, обработал рану. Орлица клевалась, шипела, но сил у птицы было мало.
— Месяц не меньше, — заключил Никита и поместил её в просторную клетку в углу своего кабинета.
Дежурство без выходных
На следующее утро, протирая пыль с подоконника, он увидел на нём кусок мяса. Свежий. Никита улыбнулся: «Добрые люди есть». Решил, что кто-то из местных ребятишек подкормить решил и кинул угощение через открытую форточку.
Но ближе к вечеру снаружи грохнуло — будто камень упал на оцинкованый отлив. Никита выглянул в окно.
В небе, на фоне багряного заката, кружил орёл. Огромный, тёмный, с белесыми «эполетами» на плечах. Он сделал над домиком три медленных, тяжёлых круга, будто намечая территорию. Потом, отчаянно взмахнув крыльями, ушёл в сторону леса.
Утром история повторилась. И на отливе снова лежала добыча — на этот раз серая мышка-полёвка.
Тут до Никиты и дошло. Он подошёл к клетке. Орлица встрепенулась, уткнулась клювом в прутья, её глаза горели уже не яростью — ожиданием. Ветеринар посмотрел в окно, на дальнее дерево. На самой верхней сухой ветке, как часовой, сидел тот самый орёл.
— Так-так, — прошептал Никита. — Кавалер явился. Волнуется.
Он осторожно взял мышку и опустил её в клетку. Орлица не бросилась на еду сразу. Она на мгновение замерла, повернула голову к окну — туда, где на сухой ветке чёрным комком сидел орёл. Потом уже, не торопясь, заглотила угощение.
С тех пор орёл прилетал каждый день. Ровно в одни и те же часы. Сперва боялся — бросал добычу и улетал при малейшем шорохе. Потом стал задерживаться — сидел на том самом дереве и смотрел, неотрывно, в окно, за которым томилась его подруга. Глаза у него были жёлтые и пронзительные.
Через две недели он перестал бояться вовсе. Сидел целыми днями напротив, на заборе. Улетал только затем, чтобы принести новую порцию еды — мышь, суслика, мелкую птицу. Он похудел, перья потеряли блеск, но дежурил без выходных.
#рассказы #про_животных
Продолжение ⬇️
