Женись если не слабо ч.1
На них часто оглядывались. Не назойливо, а с той тихой жадностью, с какой люди разглядывают старые фотографии, где все живы и счастливы.
Он — плотный, высокий, с густыми с проседью волосами до плеч, пальто нараспашку, даже в мороз не застёгивался.
Она — маленькая, хрупкая, с короткой стрижкой, открывающей линию шеи, и с вечной бежевой сумочкой на сгибе локтя. Сядут рядом в трамвае — он придвинется ближе, чтобы ей не дуло из форточки. И руку положит поверх её руки.
Яна приметила их ещё в прошлом году, когда переехала в этот дом. Тогда казалось: такие пары только в кино бывают. Пока однажды не застряла с ним в лифте.
Третий этаж. Кабина дёрнулась и встала. Николай Георгиевич нажал кнопку вызова. Из динамика проскрежетало: «Диспетчер слушает». Он объяснил. Женский голос ответил: «Бригаду отправили, ждите».
— Бывает, — сказал он и опёрся на трость.
— Вы один? — спросила Яна. — А супруга где?
— Вера в магазин ушла. Я вышел её встретить, сел в лифт — и вот. — Он кивнул на створки лифта.
Яна помолчала. Потом спросила:
— А давно вы вместе?
— Сорок три года. — Он помолчал, постучал пальцем по трости. — И всё благодаря маме.
— Как это? — спросила Яна.
Он посмотрел на неё, помедлил.
— Хотите, расскажу?
— Расскажите, — сказала она и прислонилась к стене лифта.
— Мне двадцать семь. Я тогда в институте работал. Приходит к нам в лабораторию новенькая. Из другого города приехала. Одна, с двумя мальчишками на руках — мужа бросила, тот запил. Худющая, бледная, кофта с чужого плеча. Я к ней с шутками — молчит. С комплиментами — отворачивается.
Ребята в отделе прозвали её «Монашка». А я почему-то злился. Не на неё — на себя. Потому что она первая, кому оказалось плевать на мою внешность и мои подкаты.
— И что мама?
— Мы стояли с матерью у подъезда, разговаривали. Она мне как раз про очередную девушку, с которой вчера меня встретила, говорила — что она мне не подходит.
Вообще мама у меня с характером была — никто из моих подружек ей не нравился: мать ни одну не принимала. И в этот момент идёт новенькая из лаборатории, с двумя мальчишками. Я поздоровался.
Мать спрашивает: «Кто это?» — «Сотрудница новая». — «Нравится?» — «Слишком гордая. Я к ней подкатывал — отшила». — «Умная?» — «Учёную степень в двадцать пять получила».
Мать замолчала, смотрит. Потом говорит: «Слабо на ней жениться?»
— А вы?
— А я подумал: отшила меня, мать её хвалит, весь отдел зубоскалит. Неужели и правда — слабо? Говорю матери: «Раз она тебе нравится — завтра сделаю предложение».
Николай Георгиевич хмыкнул.
— На следующий день купил кольца — тоненькие, каких в магазине наскребли. Цветов нарвал в палисаднике у дома. Пришёл в лабораторию при всех, встал на колено.
Она покраснела — вся, до корней волос. Спросила: «Не шутите?» — «Нет». Посмотрела на меня долго. И сказала: «Хорошо».
— А мама?
— Мама в тот же вечер куда-то позвонила. Назавтра к пяти часам всё было готово. Расписались в маленьком загсе на Петроградской. Свидетелями — два лаборанта.
Потом мы забрали её мальчишек — старшему четыре, младшему два. Поехали в ресторан «Ленинград» на отцовском ЗИМе.
#рассказы #историипролюдей #отношения
Продолжение ⬇️
