Совет колдуна, как всегда быть при деньгах ч.2
Виктор пошёл за стариком.
Хорошо, рубаха у Румына белая — в темноте маячит, не потеряешь. Шли долго: в гору, потом лесом. Виктор прятался за кустами, старался не шуметь.
Подошли к какой-то скале. И тут старик исчез.
Только что белел впереди, и пусто. Виктор из кустов не высунулся, переждал. Минута прошла, другая. Тишина, только ветер шуршит сухими листьями.
Потом снова забелело. Румын вышел прямо из скалы, будто сквозь камень просочился. Поправил рюкзак и потопал обратно в село.
Виктор не пошел за ним.
Выждал, пока старик скроется из виду, и вылез из кустов. Подошел к скале, чиркнул зажигалкой. Огонек слабый, но разглядел: узкая щель, почти незаметная. Расщелина в камне, и вроде даже не природная — слишком ровная, будто рукотворная.
Пролез внутрь.
Темнота — хоть глаз выколи. Зажигалка коптит, тени пляшут по стенам. Глаза потихоньку привыкли. Большой зал, настоящий каменный мешок. Впереди, в глубине, темнели какие-то кучи, похожие на тряпье.
Виктор двинулся туда. На полпути нога обо что-то звякнула. Наклонился, поднял. Монета. Тяжелая, с палец толщиной, в свете зажигалки отливала желтым. Золото? Сунул в карман, выпрямился, посветил дальше.
И обмер.
То, что он принял за тряпье, оказалось скелетами. Человеческие кости в истлевшей одежде. Один — в доспехах, ржавая кольчуга кусками свисала с ребер. Черепа скалились, из черных глазниц так и тянуло могильным холодом.
Секунду смотрел, и вдруг ему показалось: один шевельнулся. Костяной рукой, повел.
Виктор заорал не своим голосом и вылетел из расщелины, как пробка из бутылки. Рванул вниз, через лес, через кусты, без дороги, сам не зная куда. Ветки хлестали по лицу, сердце колотилось где-то в ушах, перед глазами все плыло.
Заплутал. К утру только вышел к селу. Ноги дрожали, руки тряслись, рубаха хоть выжимай.
В хате разделся, и из кармана джинсов на пол выкатилась монета. Звякнула, покатилась, под кровать. Он достал, посмотрел. Старинная, тяжелая.
Спрятал в сумку и завалился спать.
Проснулся к вечеру. Голова чугунная, во рту сушь, будто всю ночь песок жевал. Сидел на кухне, пил чай, а сам про монету думал.
Тут дверь скрипнула. Румын зашел.
Тетка ахнула, перекрестилась и выскочила из комнаты. А старик подошел к столу, положил деньги — за работу рассчитаться. Смотрит на Виктора, глаза светлые, рысьи, будто насквозь видят.
— Работник ты хороший, — говорит. — Да и человек неплохой. Совет тебе дам.
Виктор насторожился, молчит.
— Каждый раз, когда деньги тратить будешь, мысленно говори: «Не прощаюсь, новой встречи дожидаюсь, обратно приходите, родных приводите». Понял?
Виктор кивнул. А старик улыбнулся.
— И всегда при деньгах будешь. При своих деньгах.
Виктор покраснел. Понял: Румын про монету знает. Но старик ничего не спросил, развернулся и ушел.
Тетка потом все углы крестила, святой водой брызгала, шептала что-то. А Виктора как током ударило: домой надо. Срочно. Прямо завтра.
Утром собрался и уехал.
Год прошел.
Монета та золотой оказалась. Он над ней ритуал с полынью провел — как у Румына подсмотрел. А когда продавал, попрощался, как велел старик: мысленно, чтоб никто не слышал.
«Не прощаюсь, новой встречи дожидаюсь, обратно приходите, родных приводите».
Денег выручил — на небольшой бизнес хватило. Дело пошло. Квартиру новую купил — лучше прежней. С девушкой хорошей познакомился, скоро свадьба.
Все хорошо. Даже слишком хорошо.
Только по ночам иногда просыпается. Лежит, смотрит в потолок и думает: зачем он это сказал? Кого позвал?
Вчера под утро ему почудился голос. Тихо так, будто имя его из коридора шепчут. Не выдержал, встал, прошелся по квартире. Пусто.
А сегодня девушка спросила за завтраком:
— Витя, а почему у нас в прихожей земля рассыпана? Следы какие-то... будто с кладбища натоптали.
Он посмотрел на свои ноги. Чисто.
Потом перевел взгляд на дверь спальни. Из-под нее, по паркету, тянулась тонкая дорожка — темная, влажная, липкая.
#мистика #рассказы
