Пёс, который пришёл с радуги ч.2
Они ехали за город, по старому шоссе. Её звали Ирина. Она молчала, смотрела в окно на мелькающие сосны. Дождь начался снова — мелкий, настырный, весенний. Он застилал всё серой пеленой.
Машина сама, будто по памяти, съехала на знакомый съезд.
— Куда это мы? — спросила Ирина, очнувшись.
Глеб посмотрел на дорогу, которую не выбирал сознательно.
— Не знаю. Руки сами повернули. Мы... я с Валетом сюда часто выезжал. На эту поляну. Бросить палку, просто побегать.
— Я понимаю, — тихо сказала она. — Значит, так надо.
«Пассат» подпрыгивал на колдобинах разбитой лесной дороги. Ветки хлестали по стеклам. И вдруг — они выбрались на край огромного, уходящего в туман поля. И дождь… прекратился. Будто кто-то выключил кран.
Ирина открыла окно. Пахло сырой землёй, прелой листвой и чем-то острым, живым.
— Смотрите, — прошептала она.
Из леса напротив, из самой гущи тумана, выползала радуга. Не дуга, а целый мост. Яркий, неестественно близкий. Он упирался одним концом прямо в поле, в двухстах метрах от них.
— Говорят… они на радугу уходят, — сказала Ирина глухим голосом. — Души зверей.
— Моего сожгли в общей печи, — отрезал Глеб. Горькая желчь поднялась к горлу. — От него даже пепла не осталось. Только эти бумаги.
Ирина молча смотрела на радугу через лобовое стекло. Потом вдруг резко открыла дверь, вышла и, не оглядываясь, зашагала вперед — в поле, по мокрой траве, прямо к основанию радуги. Её пальто распахнулось.
— Ирина! — крикнул Глеб.
Она обернулась. Лицо было странным — не безумным, а сосредоточенным.
— Иди сюда! — позвала она. — Смотри!
Он вышел. И увидел. У самого края леса, там, где цвета радуги таяли в тумане, что-то шевельнулось.
Что-то тёмное, крупное, неуклюжее. Вывалилось из кустов, пошатнулось и рухнуло.
Сердце Глеба сжалось в ледяной ком. А потом взорвалось визжащей ракетой где-то в горле. Он побежал. Ноги вязли в грязи, он спотыкался, падал, снова вскакивал. Он уже не видел ни Ирины, ни радуги — только эту тёмную груду у леса.
Это был Валет.
Весь в грязи, в репьях, с облезлым боком и жуткой, свежей ссадиной на крупе. Он лежал, тяжело дыша, и когда увидел Глеба, его огромный, глупый хвост с белым кончиком слабо дрогнул по земле. Раз. Ещё раз.
Глеб упал на колени рядом, не веря глазам, руки сами потянулись к мокрой, грязной голове. Пёс тяжело лизнул его ладонь. Язык был шершавый и тёплый. Настоящий.
— Живой, — сказал за его спиной голос Ирины. Она стояла, сняв своё дорогое пальто. — Заверни. Неси. Везём в город, к моему ветеринару.
Они ехали, нарушая все правила. Валет, завёрнутый в кашемир, лежал на заднем сиденье и тихо поскуливал. Ирина, полуобернувшись, не отрывала от него взгляда, одной рукой придерживая пса, чтобы он не съехал. Второй — набирала номер.
— Святослав, это Ирина. Через пятнадцать минут буду у вас с тяжёлым пациентом. Собака. Живая. — Она оторвалась от трубки. — Глеб, давай. Он ждёт.
Клиника «Арника» встретила их ярким светом. Двери уже были распахнуты, в проёме стоял бородатый мужчина в халате — сам Святослав, и с ним санитар.
— Сюда, на стол, быстро! — бросил ветеринар.
Ирина, помогла Глебу переложить Валета на каталку. Санитар рванул с каталкой за дверь с красным крестом.
Глеб и Ирина остались в пустой приёмной. Глеб прислонился к холодной стене и закрыл глаза. В голове была густая, гудящая пустота.
Продолжение ⬇️
