Два немца. Их недавно взяли в плен. Это два солдата 329-го саперного батальона Пош и Бишоф. Теперь не 1941 год. Если верить некоторым фребеличкам мужского пола, которые разглядывают фрицев из-за океана, немцы смущены и пристыжены. Вот что рассказывает немец Пош:
«Я давно служу и сжег много сёл. Названий всех не помню, так как русские слова мы запоминаем с трудом. Недавно, когда мы отступали из района Пустошки, я поджег несколько деревень — Заболотье, Васильки, Лосну.
Мы работаем по-двое. Каждая пара должна сжечь три или четыре деревни. Это понятно, ведь это дело сапер. Но нам поручают и другую работу, мы должны угонять население. А с русскими трудно справиться, они убегают в лес.
Лучше всего предварительно расстрелять или повесить несколько человек, чтобы припугнуть других. За последние дни мы расстреляли восемнадцать и еще повесили трех или четырех, не помню...».
Сапер Бишоф не вешал. У него свои приемы: он сжигал живых. Он говорит:
«Я не хотел специально жечь людей. Я миролюбивый человек. Но у нас было мало времени. Часто мы поджигаем дом, а там находятся люди. Если мы начнем их выгонять, пройдет время... Я сжег лично немного — человек семь или восемь...».
Они говорят это спокойно, деловито: жгли, убивали, вешали. Сколько горя принесли эти два немца! Где-то бойцы ждут писем из освобожденных сёл. Они будут долго ждать...
Они узнают, что сделали Пош и Бишоф с их женами, с их детьми. Васильки — чудное русское имя, и были там дети с глазами синими, как васильки. Немцы сожгли избы, убили детей.
Немцы всё те же.
Безумен тот, кто надеется их образумить, усовестить, исправить. Саперы или пехотинцы, ветераны или новички, они все повинны в черном деле, и они все ответят, все.
Пош и Бишоф не эсэсовцы, не гестаповцы — это обыкновенные солдаты Гитлера.
Глядя на них, хочется сказать: да будет наша ненависть едкой, как соль, и длинной, как жизнь!
(c) Илья Эренбург
«Красная Звезда», №88. 13.04.1944 г.
ИСТОРИЯ | ФАКТЫ | СЕКРЕТНО
