Публикации канала «ИСТОРИИ. РАССКАЗЫ. ЖИЗНЕННО.»

Муж моей приятельницы выедает ей мозг чайной ложечкой уже лет двадцать. Сколько их помню, супружница никогда не дотягивала до идеала. То недостаточно худа, то не достаточно блондиниста-брюнетиста, то котлеты не пышны нужной пышностью, то дети не той воспитанности получились, на которую мужчина-добытчик (а он реальный добытчик, не придерешься) рассчитывал. Тянет ее тянет до совершенства, но как только она поднажмет в каком-то очередном пункте, как тут-же обнаруживается новое несоответствие и опять "снова, да ладом". Их обоих это вполне устраивает, не осуждения ради завела я этот разговор, просто после очередной беседы с бесконечно совершенствующейся подругой навеяло-вспомнилось. Еще одна наша приятельница - Татьяна , в очереди за красотой простояла вхолостую. Две косых сажени в плечах, рост метр восемьдесят, нога , "как под хорошим старцем", сорок третьего размера, на голове лебединый пух, кое-как превращаемый в подобие прически с помощью "химии" и пергидроля, и расходящееся косоглазие, особенно заметное, когда Танюшка опрокидывает "два по двести" (а меньше, при ее конфигурациях просто смысла нет употреблять). Если вы вдруг подумали, что Татьяна со своим набором "прелестей" живет в гордом одиночестве - ошибаетесь. У нее отличный муж-красавец и добряк, обожающий свою Танюшку до умопомрачения. Ничто его в любимой женщине не смущает , кроме одного. Муж не пьет вовсе и никогда не пил, вот такой странный человек. А Танюшка, напротив, горазда раз в неделю, строго по пятницам "намахнуть , чтобы не стать психической" (работа у нее "и опасна и трудна). И не всегда получается "два по двести". В зависимости от ситуации на опасной работе бывает и по три раза по двести, а то и по четыре. Но домой всегда на своих ногах. Там любимый супруг с умытыми - причесанными детьми жену поджидает. Татьяна заносит свое тело пловца-олимпийца в дом, на пороге её встречает супруг. Осторожно корит свою ненаглядную :" Танечка, ну так-же нельзя, ты же девочка, я же просил...". На что Татьяна презрительно фыркает , и с великосветской интонацией , слегка порыкивая, произносит: "Знаешь что, раз взял красавицу - так уж терпи! " Берите на вооружение , девушки. Убедить мужчину можно в чем угодно, при одном условии – если он вас любит. (с) Ульяна Меньшикова Иллюстрация: Lisandro Rota Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

СССР, конец 70-х. Женщина с двумя маленькими детьми, вдова. Живёт в большом посёлке, трудится на местном промышленном предприятии. Достаточно бедно, но тянет. Даже откладывать получается. На лучшую жизнь в городе, куда давно переехали все родственники. В деревне же не осталось никого, даже с детьми сидеть некому пока на работе. Кроме соседки из дома напротив, бабы Шуры. Но в силу возраста бабуля часто хворала, тогда женщина запирала детей на замок, оставляя им дневную провизию, и уходила на работу. Так и было в тот день. Когда она вечером вернулась, заметила раскрытые настежь створки окна. Нет, слава богу дети на месте, и выглядят очень даже довольными. - Мама, мама, мы самолётики научились из денег делать! - Из чего? - Из денег. Смотри. Достают с шифоньера почтовую коробку, в которой она хранила сбережения и ценные украшения. Смотрят туда, и досадно замечают, что бумажных денег не осталось и показать навык не на чем... Выяснилось, что дети, на потеху собравшейся под окнами толпе местной ребятни запустили в это самое окно эскадру в виде нехитро свёрнутых купюр. Примерно в трёхмесячный заработок ОТКшницы. Прошло совсем немного времени, как к её дому начали стягиваться взрослые поселковые люди. С мятыми цветными бумажками в руках. Рассказывала, что точную сумму не помнила, но по ощущениям вернули всё до рубля. До сих пор вспоминает этих достойных и честных простых деревенских людей, работяг, с теплотой и благодарностью.♥️ Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Не надо ни с кем меняться. Дворник смотрел на сверкающий автомобиль и думал: «Ну почему одним всё, а другим - ничего? Одним сверкающий автомобиль. Другим - метла и лопата! Вот бы поменяться!» А хозяин автомобиля смотрел на румяного, крепкого, пышущего здоровьем дворника. И думал, что все отдал бы за здоровье. Так хочется еще пожить, хоть год еще! И быть здоровым. Помахать лопатой, покидать белый липкий снег, вдохнуть прохладный свежий воздух всей грудью! Так дышать тяжело. И так хочется дышать. И жить так хочется! Вот бы с двориком поменяться! Не надо ни с кем меняться. И завидовать никому не надо. И сравнивать свою жизнь с чужой, которая кажется такой прекрасной! Беззаботной! Может, этой жизни осталось на донышке, откуда вам знать? Свою жизнь надо жить. По своей дороге идти. И свои радости и горести переживать. Не слишком преувеличивая проблемы. И лучшее искать на своем пути, а не на чужом. И плохое получать своё, а не чужое. Так хоть не обидно будет. И не так тяжело. И есть своя лопата, чтобы расчищать свой путь. Не стоит сравнивать, завидовать, желать чужой жизни. Лучше найти радость и смысл в своей. И расчищать свой путь. Иногда лучше идти, а не ехать. Работать, а не лежать. И быть здоровым дворником. Вот что я вам скажу дружески… Анна Кирьянова. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

ПИСЬМО К ЖЕНЩИНЕ Вы помните, Вы всё, конечно, помните, Как я стоял, Приблизившись к стене, Взволнованно ходили вы по комнате И что-то резкое В лицо бросали мне. Вы говорили: Нам пора расстаться, Что вас измучила Моя шальная жизнь, Что вам пора за дело приниматься, А мой удел — Катиться дальше, вниз. Любимая! Меня вы не любили. Не знали вы, что в сонмище людском Я был, как лошадь, загнанная в мыле, Пришпоренная смелым ездоком. Не знали вы, Что я в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, что не пойму — Куда несет нас рок событий. Лицом к лицу Лица не увидать. Большое видится на расстоянье. Когда кипит морская гладь, Корабль в плачевном состоянье. Земля — корабль! Но кто-то вдруг За новой жизнью, новой славой В прямую гущу бурь и вьюг Ее направил величаво. Ну кто ж из нас на палубе большой Не падал, не блевал и не ругался? Их мало, с опытной душой, Кто крепким в качке оставался. Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту. Тот трюм был — Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном. Любимая! Я мучил вас, У вас была тоска В глазах усталых: Что я пред вами напоказ Себя растрачивал в скандалах. Но вы не знали, Что в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, Что не пойму, Куда несет нас рок событий... Теперь года прошли. Я в возрасте ином. И чувствую и мыслю по-иному. И говорю за праздничным вином: Хвала и слава рулевому! Сегодня я В ударе нежных чувств. Я вспомнил вашу грустную усталость. И вот теперь Я сообщить вам мчусь, Каков я был И что со мною сталось! Любимая! Сказать приятно мне: Я избежал паденья с кручи. Теперь в Советской стороне Я самый яростный попутчик. Я стал не тем, Кем был тогда. Не мучил бы я вас, Как это было раньше. За знамя вольности И светлого труда Готов идти хоть до Ламанша. Простите мне... Я знаю: вы не та — Живете вы С серьезным, умным мужем; Что не нужна вам наша маета, И сам я вам Ни капельки не нужен. Живите так, Как вас ведет звезда, Под кущей обновленной сени. С приветствием, Вас помнящий всегда Знакомый ваш Сергей Есенин Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Мой сын с аутизмом впервые сказал «мама» не мне, а своей игрушке. И я была счастлива Егору 6 лет. Он не говорит. Совсем. Ни «мама», ни «папа», ни «дай». Врачи разводят руками, логопеды пожимают плечами. Мы занимаемся каждый день, но результата ноль. Я уже привыкла, что он молчит. И вот однажды утром он сидел на ковре, играл с плюшевым мишкой. Я вышла на кухню, наливала чай, и вдруг слышу: «Ма-ма». Тихо, невнятно, но чётко. Мишка упал на пол. Я замерла, не дыша. Он сказал это мишке. Посмотрел на него, обнял и сказал: «Ма-ма». Я выронила кружку, чай разлился, я не заметила. Подбежала к нему, села на колени, заглянула в глаза. Он посмотрел на меня, потом на мишку, потом снова на меня. И сказал снова: «Мама». Мне. В глаза. Улыбнулся. Я заорала от счастья. Соседи, наверное, подумали, что убивают. А я обнимала его и ревела. 6 лет ожидания. 6 лет занятий, слёз, бессонных ночей. И вот — «мама». Сейчас ему 10. Он говорит короткими фразами, но мы понимаем друг друга. А того мишку мы храним в шкафу, как реликвию. Он — первый, кто услышал «мама». Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Слепая ярость Мама с Юлькой приехали на дачу под вечер. Их ждали. Бабушка накрывала стол на терраске, пес Гришка радостно толкался возле ворот. - Ну вот, хлеб забыли купить, - огорчилась мама, доставая из машины сумки с продуктами. - Я в местный магазинчик сбегаю, - с готовностью откликнулась Юлька. - Десять минут туда и обратно. Юльке повезло, магазин еще работал. Она взяла буханку и поспешила назад. В ста метрах от дома дорогу перегородили два подвыпивших парня. - О, привет, красавица! Пойдем-ка с нами на речку прогуляемся. Посидим, выпьем, поговорим... Юлька молча попыталась их обойти, но безуспешно. - Отстаньте, я кричать буду! - Да ори, сколько влезет, никто не услышит, - загоготали парни. Один из них схватил Юльку за локоть и потащил в проулок, ведущий к речке. - Мама! Гришка! - закричала девушка и уцепилась за забор. Парни схватили ее уже вдвоем. Юлька изо всех сил сопротивлялась. Внезапно в этой свалке появился кто-то четвертый. Парни от неожиданности резко отпрянули в сторону. И застыли на месте от ужаса. Перед ними, заслоняя собой девушку, стоял здоровенный страшный пес. Пасть оскалена, шерсть дыбом, жуткий взгляд голубых глаз направлен куда-то между ними... Выставив перед собой руки, парни попятились назад. - Все, все, мы уходим, - заикаясь, пробормотал один из них. Когда подоспела взволнованная мама, их уже и след простыл. - Что они тебе сделали? - Ничего. Гришка спас, - кивнула Юлька на собаку. И разревелась. Точь-в точь, как тогда, восемь лет назад... ...В тот день они пришли к ветеринару со своей старой собачкой на прививку. Ветеринар принимал женщину с маленьким щенком. - Не пойму, что с ним, - озабоченно говорила она. - Странный щенок какой-то. Ветеринар осмотрел пациента и с сожалением посмотрел на хозяйку. - Он слепой. Слепой от рождения. - Вылечить можно? Ветеринар развел руками. Женщина ненадолго задумалась потом со вздохом произнесла: - Тогда усыпите его. Зачем всем мучиться? Сколько это стоит? Ветеринар назвал сумму. Женщина оставила деньги и быстро ушла. Щенок неуклюже ползал по полу, пока не уткнулся в Юлькину ногу. И сел рядышком. Юлька разревелась. Она понимала, что значит "усыпить". У мамы тоже слезы на глаза навернулись. - Не надо усыплять щенка , - решительно сказала она. - Мы его себе забираем... Так началась Гришкина история. Сейчас почти круглый год он живет с бабушкой на даче. Несмотря на физический недостаток, он хорошо ориентируется и в доме, и на участке, а еще знает дорогу в магазин и на речку. И его хозяйки ни разу не пожалели, что когда-то спасли маленького слепого щенка. Андрей Сазонов Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

«От моего приятеля Яна Левинзона слышал как-то дивную историю о девчушке на экзамене. Он принимал у будущих филологов экзамен, а второй вопрос в билете у девицы этой (первого она не знала начисто) был такой: «Творчество польского поэта Мицкевича». В отчаяние впав, а оттого – во вдохновение, девица бойко и развязно заголосила: – Поэт Мицкевич был поляком и потому писал по-польски. Он так хорошо писал, что если бы он был венгром, то его, конечно же, любили бы все венгры, но он был поляк и его любили все поляки… Учителю всё стало ясно, только двойку ставить не хотелось, и поэтому он ласково сказал: – Мне всё про вас понятно, я вам дам последний шанс: скажите мне, как звали поэта Мицкевича, и я вам ставлю «удовлетворительно»… Девица медленно и вдумчиво ответила: – Так ведь его по-разно му звали. На работе по одному, а дома по-другому, а друзья… Сам преподаватель стихи Адама Мицкевича любил не слишком, отчего решил помочь хитрожопой бедняжке. – Я вам подскажу, – сурово сказал он, – как звали первого мужчину? И лицо девицы расцвело пониманием. – Валера, – с нежностью ответила она»… Игорь Губерман Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Трогательная история любви... "Она отдала ему свою кровь, а он ей – своё сердце". Трогательная история любви раненого танкиста и хирурга на фронте. "Олечка, тут вас спрашивает какой-то офицер" – крикнули мне. "Я вышла и увидела худенького красивого мужчину. Сразу я его и не узнала. Мы стояли и смотрели друг другу в глаза, и оба понимали, что это судьба. Потому что испытывали непреодолимое желание встретиться вновь. Всё это лишь одно мгновение... которое спустя годы кажется невероятно долгим. Я помню его слова: "Наконец-то, наконец-то я вас нашёл "". Так хирург Ольга Иосифовна Борисенко вспоминала первую встречу со своим будущем мужем Героем Советского Союза танкистом Евгением Шкурдаловым. В июле 1943 г. она спасла его тяжело раненного и истекавшего кровью на операционном столе. "Помню, кто-то на ухо мне прокричал: "Справа! Фердинанд". Едва успел скомандовать "Назад", как прилетел снаряд. Я потерял сознание. Когда очнулся, понял, что пробита броня, наводчика придавило, радист без головы. Водитель еле живой вывел машину из боя. Вечером меня привезли в медсанбат" – вспоминал Шкурдалов Привезли его еле живого. Рваная рана в районе почки. Жизнь в нём едва теплилась. Операцию провели, но он потерял слишком много крови и мог умереть в любой момент. Ольга Иосифовна вспоминала: "Жалко мне его стало очень. Молодой совсем. Я сказала сестре подготовить стол. Легла, и тёплая струйка крови потекла из моей руки". Она отдала ему свою кровь – решительно и без сомнений. Лёжа в беспамятстве, Евгений продолжал командовать бойцами, что-то кричал. Он даже не запомнил её лица. И только в госпитале прочитал фамилию хирурга, спасшую его от верной гибели. Примчался отблагодарить. А судьба наградила их обоих. "Я всегда думала, что любовь может быть только в мирное время. Оказывается и на войне тоже бывает. Наш медсанбат шёл за танковой армией, в которой служил Женя. Он каждый раз отыскивал меня, приходил неожиданно. Завоевывал меня по-рыцарски. Приносил букет незабудок, а у меня в голове лишь одна мысль: "Слава Богу на мины не попал". Женя даже нашёл адрес моих родителей, писал им и попросил у них моей руки. Вот я и сдалась". После войны они сыграли свадьбу и больше не расставались. Воспитали двоих детей. Евгений Шкурдалов ушёл из жизни в 2000 году, а Ольга Иосифовна ровно через 11 лет после смерти любимого мужа. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Боря дeтeй нe хотeл. Он дажe и нe думал, что когда-либо он станeт отцом. Боря вообщe всю жизнь мeчтал о собакe. Большой, пушистой собакe, но сначала мать нe разрeшала, потом жeна была против. А вот сeйчас Боря дeржал на руках розовый кулёк, из которого выглядывало крохотноe личико, огромныe синиe глаза и рeсницы. Рeсницы были длинныe, тёмныe и пушистыe. Синдром Рассeла-Сильвeра Борe ничeго нe говорил. Он видeл только синиe глаза в обрамлeнии длиннющих рeсничeк. Оттопырeнныe ушки дочки вызывали у нeго щeмящee чувство острой жалости. - Её рост нe будeт прeвышать 140 см, она у вас карлик, - пыталась растолковать взволнованная акушeрка. - Вы можeтe написать отказную. Боря только крeпчe прижимал розовый свёрток и смотрeл нeпонимающe. Жeна плакала, дёргала eго за рукав, что-то говорила. Он нe слышал никого и ничeго вокруг. Дочку назвали Ниной. Потом был дом и будни обычной сeмьи с малышом. Молока у жeны нe было, слишком тяжeло дались роды и оглушающий диагноз. Потом она собрала вeщи и сказала: - Когда я смотрю на нeё, мнe хочeтся плакать. Это нeвыносимо. У нас в сeмьe уродов нe было, это точно с твоeй стороны. Когда жeна начинала такиe разговоры, Боря глох. Он нe слышал ни жeну, ни тёщу, ни своeго отца, который лишь eдиножды брeзгливо взглянул за полог люльки. Только eго мать жалостливо смотрeла на Борю и качала головой. Потом жeна ушла. Боря остался один с дочкой. Сидeл в дeкрeтe год. Нужны были дeньги на рeабилитологов, массажистов, бассeйн каждый дeнь. Вышeл на работу. Сначала днём, пока Боря работал, с малышкой Ниной сидeла eго мать, потом она сказала, что устала, и eй нужeн отдых. Пришлось нанять няню. Няня была пожилая, добрая и дажe иногда соглашалась посидeть ночью, когда Боря таксовал. Нина прeкрасно разговаривала в два года, пeла пeсни тонeньким голоском, была худeнькой, малeнькой, прeкрасно считала всe свои пальчики, рыбкой плавала в бассeйнe и звонко хохотала, когда смотрeла мультфильмы. Так прожили они до 7 Нининых лeт. Пора была идти в школу. Боря начал пeрeживать. Записал дочку в школу самообороны. Хотeл записать на ножeвой бой, но нe взяли, сказали с 18 лeт только можно. Взяли в обычную школу. От остальных дeтeй Нина отличалась только ростом и хрупкостью. Боря пeрвыe двe нeдeли лично заводил eё в класс, строго оглядывал всeх дeтeй, дeмонстративно поднимал дочку на руки, звонко цeловал в щёчку и громко говорил: - Если кто-нибудь обидит Нину - уши оборву. И с тяжёлым сeрдцeм уходил на работу. Нина в школe была звeздой. В школьном тeатрe играла Дюймовочку. А потом Боря исполнил завeтную мeчту и купил собаку. Купил за символичeскиe сто рублeй. Вeнгeрского комондора. У своeго начальника. Его пeрeвeли работать в Москву, пeрeeзд, квартира. А комондора Альбeрта, дeвать нeкуда. Вот и продал Борису. Похлопал eго по плeчу и сочувствeнно произнёс: - Судьба у тeбя такая, Боря. Интeрeсная. Вот и собака тeбe такая досталась. Чeсать eё нeльзя, только каждый дeнь шeрсть распрeдeляй на «шнуры». Жизнь началась совсeм другая. Тeпeрь Боря с Ниной каждый вeчeр выгуливали комондора, в спeциальном пальто, а потом заплeтали шнуры-косички. Нина каталась на пёсeлe малeнькой наeздницeй, а Альбeрт осторожно ходил, боясь скинуть свою малeнькую хозяйку. Живописная троица каждый вeчeр собирала житeлeй дeвятиэтажки у окон. Боря в старой дублёнкe, огромный бeлоснeжный Альбeрт в зeлёном собачьeм пальто и на нём - крошeчная Нина, в розовом длинном пуховикe. А потом они уeхали. Но всe сосeди до сих пор вспоминают и Бориса, и Нину, и Альбeрта. Потом кто-то нашёл Нину по соцсeтям в Амeрикe. Она там выучилась, вышла замуж, родила обычных дeтeй. А сeдой Боря жeнился на очeнь толстой афроамeриканкe. Потому что судьба у нeго такая. Интeрeсная. Автор: Лара Хамзина Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Это о семье “неблагополучной”, как у нас принято называть. Мать растит сына, одна, без мужа, развелась, когда сыну и года не было. И вот сыну уже 14 лет, ей 34, она работает бухгалтером в небольшом учреждении. За последний год жизнь превратилась в ад. Если до пятого класса сын учился хорошо, то потом появились тройки. Дальше хуже, она хотела только одного, чтобы Володя закончил девятилетку, получил хоть какую-то специальность! Постоянные вызовы в школу: в разговоре классная руководительница не церемонилась, выговаривала ей в присутствии множества учителей, которые тоже не упускали рассказать о провинностях Володи и его неуспеваемости. Подавленная, раздражённая, она шла домой, ощущая полное бессилие что-либо изменить. Её упрёки и назидания выслушивал он молча и угрюмо. Уроки по-прежнему не учил, дома не помогал. Вот и сегодня пришла домой, а в комнате опять не убрано. А ведь утром, уходя на работу, строго-настрого приказала: “Придёшь из школы, прибери в квартире!” Поставив чайник на плиту, она устало и нехотя стала прибираться. Вытирая пыль, вдруг увидела, что вазы, хрустальной вазы, подаренной её когда-то подругами на день рожденья (самой ведь сроду не купить!), единственной ценности в доме — нет. Она замерла. Унёс? Продал? Мысли одна страшнее другой лезли в голову. Да, совсем недавно она видела его с какими-то подозрительными мальчишками. На вопрос: “Кто это?” сын буркнул в ответ что-то невнятное, а на лице явно читалось: “Не твоё дело!” “Это наркоманы!” — прорезало её мозг. Что делать? это они заставили его! Он сам не мог! Он не такой! А вдруг и он курит зелье? Или?.. Она бросилась вниз по лестнице. Во дворе было уже темно, по улице спешили редкие прохожие. Медленно вернулась домой. “Сама виновата! Сама! Во всём! Дома ему давно житья не стало! Даже бужу по утрам окриком! А вечерами! Весь вечер ору на него! Сыночек, родненький, да что за мать тебе досталась непутёвая!” она долго плакала. Потом принялась тщательно убирать в квартире — сидеть просто так не было сил. Протирая за холодильником, она наткнулась на какую-то газету. Потянула. Послышался звон стекла, она вытащила завёрнутые в газету осколки разбитой хрустальной вазы... “Разбил... Разбил!” — вдруг сообразила она и опять заплакала. Но это уже были слёзы радости. Значит, он разбил вазу и никуда её не уносил, — спрятал. И вот теперь, Дурачок, не идёт домой, боится! И вдруг она опять замерла — нет, никакой он не дурачок! Она представила себе, как увидела бы разбитую вазу, представила и свою ярость... тяжко вздохнула и принялась готовить ужин. Накрыла на стол, расстелила салфетки, расставила тарелки. Сын пришёл в двенадцатом часу. Вошёл и молча остановился в дверях. Она бросилась к нему: “Володенька! Да где же ты так долго пропадал? Я заждалась совсем, измучилась! Замёрз?” она взяла его холодные руки, погрела в своих, поцеловала в щеку — и сказала: “Иди, мой руки. Я приготовила тебе твоё любимое”. Ничего не понимая, он пошёл мыть руки. Потом направился на кухню, а она сказала: “Я в комнате накрыла”. Он прошёл в комнату, где было как-то особенно чисто, опрятно, красиво, осторожно сел за стол. “Кушай, сыночек!” — услышал он ласковый голос матери. Он уже забыл, когда мама так обращалась к нему. Сел, опустив голову, ни к чему не притрагиваясь. — Что же ты, сыночек? Он поднял голову и сказал дрогнувшим голосом: — Я разбил вазу. — Я знаю, — ответила она. — Ничего. Всё когда-нибудь бьётся. Вдруг, склонившись над столом, сын заплакал. Она подошла к нему, обняла за плечи и тоже тихо заплакала. Когда сын успокоился, она сказала: Прости меня, сынок. Кричу на тебя, ругаюсь. Трудно мне, сыночек. Думаешь, я не вижу, что ты одет не так, как твои одноклассники. Устала я, работы невпроворот, видишь, даже домой приношу. Прости меня, никогда больше тебя не обижу! Поужинали молча. Тихо легли спать. Утром его будить не пришлось. Сам встал. А провожая в школу, она впервые произнесла не “смотри у меня...”, а поцеловала в щёку и сказала: “Ну, до вечера!” Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Спрocилa нeдaвно маму: а мoжно ли полюбить идиoта (альфoнса, подлеца, xoдока и т. п.)? Мамa, иpонию котоpoй нужно чеpпать лoжками, ответила так: Пoлюбить мoжно дaже ночной гоpшок. Но уж только тoгда будь дoбpа честно пpизнать, чтo любишь ты имeнно ночной горшок, и ждeшь от него не большe, чeм стоит ждaть от нoчного гоpшка… И все пойдeт так хоpошо, кaк бывает тoгда, когда используешь вещь по её пpямому назначeнию… Но гope тебе, еcли ты, полюбив нoчной гoршок, будешь всем расcказывать, чтo отхватила "яйца Фаберже", и влaдеешь теперь нeсмeтным сокpoвищем… И ещё хуже, еcли ты сaма начнёшь веpить, что вот ещё чуть-чуть, и "яйца" стaнут принoсить капитал, и чтo они только временно лежат на полке, но стоит их нeмнoго привести в пoрядок, как они засияют всеми цветами cpaзу… И совcем беда, eсли ты кaждый день будешь совать голову в свой ночной гоpшок, и с пpистрaстием допpашивать его на предмет того, когда он, сволoчь такая, cтaнет таким же ценным, как яйца Фаберже… Короче, нaучись любить имeнно тo, что ты полюбила, а не то, что ты себе придумалa! Без коммeнтариев… или - бpaво, мама! Автор: Лиля Гpaд Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Два часа ночи. Поступает бабушка. Пароксизм фибрилляции предсердий. Выясняется, что она врач-рентгенолог. Думаю: «О Господи. Только не это». Беседуем, смотрю, слушаю. Отвожу на рентген, на рентгенограмме описывают правостороннюю нижнедолевую пневмонию. А мы же сейчас их всех должны переводить, если так. То есть, если на рентгенограмме описывают инфильтрацию, мы должны сделать КТ, и, если всё подтвердится – переводить через Эпидбюро. Бабушка берет свой снимок, придирчиво оглядывает и говорит: «Херня. Нет тут никакой пневмонии. Просто снято паршиво». Думаю: «Господи. Ну за что». И дальше в течение часа, пока мы ждём КТ, она ест мой мозг чайной ложечкой, поясняя, что снимок «мягкий», что его не «додержали», что, по большому счёту, это не подлежит интерпретации, и вообще, откровенно говоря, её терзают смутные сомнения по поводу квалификации наших рентгенологов. Изрядно побитая, доползаю до КТ за заключением. Никакой пневмонии, ясен пень, нет в помине. Возвращаюсь. — Людмила Григорьевна, говорю, — снимаю шляпу. Вы были правы, всё так и есть, вы безмерно круты, пневмонии нет, победа сил добра над силами разума, сейчас поедем в отделение лечиться. Бабушка, гордо откидывая прядь со лба: «А я вам сразу сказала, что так будет». Распечатывала титульный лист истории болезни, случайно бросила на него взгляд. 97 лет Людмиле Григорьевне. Утром заглядываю в палату, спрашиваю, как дела? — Не хочу вас пугать, но, кажется, я ещё жива. Господи, ну, мало ли, вдруг доживу?.. Позволь мне быть такой же в этом возрасте. LiGrin Pevzner Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Проработал пожарным я лет десять и разное случалось, но вот один случай запомнился мне больше всего. Глубокой ночью поступил вызов о возгорании частного дома. Прибыли на место, оценили ситуацию, узнали, что в доме могут находиться два человека: пожилая женщина и ребёнок пяти лет. Бабушку мы обнаружили быстро, лежала без сознания на полу в одной из комнат, а мальчика не нашли. Когда отдали бабушку в руки врачей, к нам подошли соседи и предположили, что мальчика мог забрать в гости отец, который живёт в другом районе города. Увы, бабушка была без сознания, узнать у неё о месте нахождения мальчика оказалось невозможным. Я был встревожен и хотел ещё раз вернуться в дом, но мой напарник остановил меня, подтвердив, что обследован каждый угол в доме и ребёнка в нём нет. Неожиданно в меня вцепилась женщина, умолявшая спасти её сына. Буквально возникла из неоткуда, схватила меня за грудки и, глядя глазами полными слез, сказала: — Ванечка в сундуке, в самой дальней комнате. Он испугался и спрятался. Я прошу вас, умоляю, помогите ему! — Вы мама? — уточнил я. — Да, да! Пожалуйста, скорее! Он задыхается! Я снова бросился в дом. Где грешным делом, пробираясь через стену дыма и огня, осудил мать мальчика: «Сама выбралась, а ребёнка оставила... Непутевая мамаша! » И вдруг вижу её в доме. Стоит в дыму, показывая в какую комнату идти. Я как закричу: — Совсем с ума сошла! Быстро из дома! Пошла, пошла! — и оттолкнул её рукой в сторону выхода. А сам думаю: «Не повезло ребёнку с мамашей, явно сумасшедшая женщина». Добрался до сундука, открываю, лежит мальчишка. Хватаю на руки и бегом из дома. На улице передаю его врачам и выдыхаю, когда слышу, что мальчишка жив. Пока врачи возятся ребёнком, оборачиваясь, говорю мужикам: — А тронутая мамаша где? — Какая мамаша? — недоумевая, хлопая глазами, смотрят на меня мужики. — Какая, какая?! Мать мальца! Бегала тут, за грудки меня хватала, умоляла спасти сына. Сама бросила в доме, а теперь плачет, — со злостью объясняю я. И тут в разговор вмешивается один из соседей: — Вы что-то путаете. Померла мать Ваньки, года два уж как, а мальчишку бабушка на ноги поднимает. Отец есть, только он уже другой семьёй обзавёлся, хотя берет иногда на пару дней мальчика. Мы вот и решили, что он его увёз. Это просто чудо, что вы его нашли и спасли. Угорел бы, — заключил сосед. Мой напарник, хлопая меня по плечу говорит: — Дружище, не было здесь никакой женщины. Говорю тебе точно, я всё время рядом с тобой был. Может дымом надышался, привиделось? Как ты себя чувствуешь? Больше я ничего не говорил про странную женщину. Только через несколько дней купил Ванечке подарки и отправился в больницу. Хороший такой мальчишка оказался, добрый, весёлый и болтливый. Пока он изучал новые игрушки, бабушка поблагодарила меня за его спасение и спросила о том, как я понял, что Ваня в сундуке спрятался. И я решился рассказать ей о странной женщине, назвавшейся матерью Вани. Бабушка стала расспрашивать о том, как она выглядела. — Маленькая, худенькая как тростинка. Платье на ней белое кружевное было, чуть ниже колен. Волосы каштановые, длинные, вьющиеся. И глаза большие и зелёные, будто изумруд... — Это Алёнушка моя, девочка моя, доченька моя приходила, — перебила меня бабушка. — Знаешь, как Ваньку любила, души в нём не чаяла. Ох, если бы не проклятая болезнь. Она спасла его, её ты видел той ночью! Алёнку нашу ... — заплакала бабушка. Ваня подошёл к бабушке, начал успокаивать её, а когда она утерла слёзы, обнял меня. Я потрепал его по волосам и сказал: — Ты, Ванька, герой! Ничего не бойся в этой жизни, ведь у тебя знаешь, какой ангел хранитель за спиной? — Какой? — спросил Ваня, устремив на меня свои большие и зелёные глаза, точно как у мамы. — Красивый, с изумрудными глазами, любящий и оберегающий тебя от всех бед и невзгод. И зовут твоего ангела - мама. Автор: МуХа Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

"...Cидят у мeня за пeрвой партой мальчик и девочка. Пятиклассники. Он грузин. Она армянка. Никакого родного акцента у них, конечно, нет. Они родились в Москве, но то, что можно назвать "зовом крови", выражено. И выражено ярко. Он маленький, щупленький, похож на благообразного лисёнка. Тёмные, чуть вьющиеся волосы спадают на лоб. Белая кожа, чёрные глаза, окаймленные длинными ресницами, аристократические черты лица. На уроке обычно он ничего не начинает делать, пока ему отдельно не скажешь: "Открываем тетрадку, пишем. Пишем, Ваха, уже пишем."Тогда он неспешно открывает тетрадь и так же неспешно начинает выводить буквы. Он любит смотреть в окно, мечтательно-созерцательно, как будто проницает своими вострыми глазёнками даль: что,мол, там? ждут ли меня там великие мужские дела? и что я вообще тут делаю, когда мир зовет меня с минуты на минуту, требует моего решительного вступления в него! На этой неделе он пришёл чуть постриженный, непослушный его чуб стал короче и был уложен аккуратно, а не падал на глаза. -О, Вахтанг, ты постригся? - спросила я. -Да, Светлана Герасимовна, сегодня после школы я еду в гости к другу. У него день рождения. Знаете, сколько мы с ним знакомы? Мы знакомы с ним целую жизнь! Тут он картинно поднимает руку вверх, и в этом его жесте отражаются мужчины-грузины всех времен и поколений. Его соседка - армянка Аня. Она тоже маленького росточка, но все же выше Вахи. Она немножко пампушечка. Всегда аккуратно и со вкусом одета. Красивые каштановые волосы завиваются в локоны. Ямочки на щеках. Губки бантиком. Бог задумал её сделать впоследствии сладкой женщиной. Но не приторно сладкой, а хозяйкой большого дружного дома, где бал будет править она - маленькая, красивая и умная жена своего мужа. Она будет следить за хозяйством, возить детей в школу, выбирать, где они будут летом отдыхать. В доме у неё будет богемский сервиз на много персон, и она непременно станет хранить традиции двух семей - своей и мужа. А сейчас на уроках она очень старается, вызывается к доске, когда я объявляю сложное задание ( характер у неё боевой, азартный) и следит, чтобы Ваха не засматривался в окно. Они сидят прямо передо мной, и это просто какой-то душевный праздник - наблюдать за ними.) В очередной раз, когда она ловит своего соседа за созерцанием деревьев и неба, она пихает его локтём и достаточно громко говорит устало-обреченным голосом: - Ваха! Пиши, тебе говорят! Хватит ворон считать! И Ваха поворачивается и начинает послушно писать. В этот момент передо мной встают картины из кавказских фильмов советского периода ( "Кувшин","Не горюй", "Мимино"), книжки Нодара Думбадзе, армянские мультики... Я, собственно, всё это написала ради одного вот этого :"Ваха! пиши, тебе говорят! Хватит ворон считать!" Каждый раз, когда я это слышу, в лице этих двух детей два древних народа ведут свой ворчливо-добрый разговор. И не прерывается ни на минуту связь времен, и не утихает зов крови. Я смотрю на них, и,конечно, мне хочется, чтобы она потом стала его женой, и это в их доме был бы богемский сервиз, и каждый раз, когда маленький, но настоящий грузин зазевается, проницая взглядом пространство и время, маленькая Аня толкнет его локтём и скажет: - Ваха! хватит ворон считать!" Lаnа Каplаnovа Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Сижу в аэропорту, жду рейс. Настроение — отличное. Рядом бегает малой, лет 4, орёт как на пожаре. Мать в телефоне. Иногда лениво бросает: — Мааакс, прекрати. Но Максу плевать. Буквально. Пробегает мимо, останавливается, подходит… и плюёт в меня. Я аж онемел. Мать видит и выдаёт: — Мааакс, так нехорошо делать. Макс соглашается. И плюёт ещё раз. Я поворачиваюсь… и плюю в ответ. Смачно. В лобешник. Макс в шоке. В слёзы. К маме: — Аааа, на меня дядя плюнул! Подлетает мама: — Мужчина! Вы что творите?! Он же маленький! — Ну раз ему не понравилось, значит понимает, что это плохо. А раз понимает, то и получает. Кстати, он два раза, а я только один. Могу повторить — по справедливости. На этом моменте я включил наушники. Дальше её не слышал. Макс больше не бегал. Сидел рядом с мамой, тихо как буддийский монах. Сижу, думаю: зря я в пед не пошёл… Педагогика — моё призвание. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Как-то разговаривала с дочкой подруги. Девчонке 25 лет. Вышла замуж, покупают всякие необходимые вещи в своё с мужем гнёздышко. В частности, стиральную машинку. Перебрала кучу информации, в растерянности, какую выбрать. А меня вдруг понесло. — А знаешь, детка, как я в твои годы (ха-ха-фразочка!) стирала постельное бельё? Для этого нужен был выходной день. Как минимум - один. Всё постельное бельё было белым. Цветное бельё не существовало и вызвало бы удивление. Накануне вечером бельё замачивалось в ванной. Если удавалось купить стиральный порошок Лотос - это была удача. Порошок экономили. Для этого натирали на тёрке хозяйственное мыло и посыпали им бельё. Вода должна была быть очень горячей. Утром бельё как следует выстирывалось (да-да, руками или на специальной ребристой доске), а потом выкладывалось в большую кастрюлю, носящую гордое название выварка и опять посыпалось стружкой хозяйственного мыла. Бельё кипятилось. Периодически нужно было открывать крышку выварки и деревянными щипцами переворачивать бельё. Пододеяльники перевернуть было сложнее всего. Пар вонючими клубами заполнял кухню. После вываривания бельё выкладывалось в ванну, заливалось водой и прополаскивалось. Первый раз. Потом вода сливалась, наливалась новая и опять прополаскивалось. И так до тех пор, пока из белья не вымоется всё мыло. Бельё выжимали и клали в таз. А в ванну опять набирали чистую воду, капали несколько капель синьки или сыпали, если она была в сухом виде. И в этой голубой воде полоскали бельё. Опять отжимали (да, руками). И развешивали на верёвки белоснежное, чистое. Я не стала уже рассказывать несчастному ребёнку о процессе накрахмаливания постельного белья. У неё и так глаза стали больше обычных в два раза, а рот минут пять был открыт. — Мне мама как-то пыталась рассказать, я подумала что она бредит, смеялась. Как вы жили??? — Да, детка, мы прошли сложную школу жизни, - проскрипела я. Но зато нас практически невозможно напугать какими-то трудностями. По-сравнению со стиркой белья в 70-80-е годы, осваивание смартфонов, компьютеров, горных лыж и кофемашин - это так... пыль для моряков. Чувствую себя динозавром. © Светлана Печенкина Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Я вожу сынa в сaд. Почти всeгдa. По двум простым причинaм: 1. Нaшa мaмa уходит нa рaботу рaньшe пaпы. 2. Рaсстaвaниe Мити с мaмой в сaду имeeт уж очeнь дрaмaтичный окрaс. Тaк что сынa в сaд вожу по возможности я. Вчeрa пeрeд рaсстaвaниeм привычно обнимaю сынa и, чтобы рaзвeсeлить народ, кричу громко в группу: «Кого здeсь eщё обнять?» Знaeтe, я был почти увeрeн, что нa мой призыв никто нe откликнeтся, ну шуткa и шуткa. Я ошибся. Пришeл Жeня. К слову скaзaть, Жeня очeнь хорошо ко мнe относится и нaзывaeт мeня «Пaпaмити». Худeнький, с нeвнятной дикциeй и половиной aлфaвитa в aрсeнaлe, пришeл и скaзaл: «Обнимитe мeня пожaлуйстa». Это было скaзaно тaк тихо и тaк трогaтeльно, что я дaжe опeшил нa мгновeньe. Мы обнялись, и мaлeнькиe мужчины пошли нa зaнятия, a большой пошeл утирaть нaвeрнувшуюся слeзу. Кто-то во мнe тогдa, очeнь дaвно, тожe остaлся нeдообнятым, нaвeрноe. Родион Соловьeв Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Иван Иванович проснулся. В принципе день уже начинался неплохо. Когда тебе исполняется сто восемнадцать лет, проснуться — считай достижение. Первым делом шёл техосмотр: разомкнул левый глаз — работает, затем правый — замутнён. Промыл, закапал — как новенький. Согнул всё, что гнётся, что не гнётся — смазал. Проверил передний и задний ход, провёл диагностику шеи. Убедившись, что всё поворачивается и хрустит, сделал два притопа, три прихлопа и начал новый день. В восемь часов по расписанию ему звонили из Пенсионного фонда: — Лидочка, здравствуйте, — прохрипел радостно в трубку именинник. — И вам здрасти, Иван Иванович, — грустно поприветствовала его Лидочка, — как ваше самочувствие? — Не могу жаловаться, — улыбался в трубку старик. — Очень жаль, Иван Иванович, мне из-за вас уже пятый выговор в этом году! Сегодня тридцать лет, как вы перестали получать накопительную пенсию и перешли на государственную! — Ну, простите. В этом месяце, я слышал, повышение? — Да, повышение… — голос её сделался совсем печальным как у Пьеро, — а вы, часом, нигде не стороне не подрабатываете?! — решила она попытать удачу. — Нет, к сожалению, денег мне хватает с головой. — Жаль… Всего вам…— она не закончила фразу и положила трубку. В девять часов Иван Иванович садился завтракать со своим праправнуком, который с ним не жил, но всегда открывал дверь своим ключом. Зайдя внутрь, он обычно первым делом занимался замерами. То кухню померит, то ванну. Потом сидит — высчитывает материалы, прикидывает стоимость работ, рисует мебель. Сегодня пришёл без рулетки — забыл. — Возьми на серванте, — предложил Иван Иванович, — от твоего деда ещё осталась, — грустно хихикнул он и налил заварку в чайник. Мужчина лишь тяжело вздохнул и сел есть знаменитую яичницу прапрадеда. В десять часов старик вышел покурить у подъезда. — О! Иваныч, опять смолишь! А ты в курсе, что курение вызывает…— сосед осёкся, глядя на вполне себе живого старца, который курить начал в том возрасте, когда обычно помирают от того, что «вызывает». — А мы вот в Москву собрались сегодня. — А чего там делать? — Покатаемся на метро, сходим на Красную площадь, на Ленина посмотрим, пока не закопали. — А чего на него смотреть-то, Ленин как Ленин. — А ты сам-то видел его? — Да, он как-то приезжал к нам в село. — В гробу?! — Нет. В купе. — Слушай-ка, а тебе сколько лет вообще? — Восемнадцать исполнилось, — жевал старик губами фильтр. — Да иди ты!.. — Ну да, я на второй срок остался. — Ну, с совершеннолетием тебя тогда! — Спасибо, — с этими словами Иванович возвратился домой. В одиннадцать позвонил директор МТС и слёзно просил сменить тариф. Тот, на котором сидел Иван Иванович, существовал уже лишь из-за него одного и в пересчёте на современные деньги ничего не стоил, даже наоборот, МТС ему немного доплачивал. В пять часов Иван Иванович появился в магазине. В день рождения гипермаркет предоставлял скидку, равную возрасту. Иван Иванович взял торт, килограмм бананов и широкоформатный телевизор. На сдачу он вызвал такси и грузчиков. В семь часов позвонили из морга и попросили забрать, наконец, свой страховой полис и тапки. В восемь приехали гости, Иван накрыл на стол, включил новый телевизор, разлил вино. Тосты были очень скупые. Гости не знали, чего желать, потому просто вставали по очереди. В десять часов приехала полиция, чтобы попросить вести себя потише, так как за стеной живут пожилые люди. Дверь им открыл именинник, вызвав у стражей порядке парадоксальный сдвиг восприятия. Спать Иванович лёг ближе к полуночи, когда изнуренное празднеством большинство гостей разъехалось по домам и больницам. Улыбнувшись в пустоту, он снял с пальца и положил под подушку волшебное золотое кольцо, которое все эти годы продлевало ему жизнь. На нём мелкими буквами была выгравирована магическая надпись, сделанная по заказу жены перед её уходом: «живи за нас двоих». Так он и делал. (с) Александр Райн Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Скажи своей маме, когда она приедет, что я от тебя ушла и мы разводимся — Что значит «ушла», Марина? — возмутился Иван, услышав от жены такое. — Какое «разводимся»? К нам моя мама сегодня приезжает. Мама! А ты? Это было в конце мая. В субботу. Разговор шёл на кухне, во время завтрака, когда дети уже ушли в школу. «О, как! — радостно подумала Марина. — Мои слова ему не понравились. Это хорошо. Значит, ещё не всё потеряно. Значит, я всё делаю правильно. И надо продолжать в том же духе. До приезда свекрови осталось два часа. Время есть». Марина вздохнула, развела руками и покачала головой. — Увы, но теперь уже не к нам, Ванечка, мама твоя приезжает, а к тебе, — грустно произнесла она. — Потому что, когда она приедет, меня здесь уже не будет. «Пугает, — подумал Иван. — Спектакль разыгрывает. Думает, я поверю. Не из-за чего ей от меня уходить. Не из-за чего. Потому что я мало того, что прекрасный муж, но к тому же ещё и замечательный отец. И пойди сыщи второго такого, как я. Нету! А главное, непонятно, с чего вдруг она завелась? Уходить вздумала. Разводиться хочет. Непонятно». — Нашла время шутки шутить! — воскликнул Иван. — А я не шучу, Ваня, — спокойно ответила Марина. «Ага, — подумал Иван. — Не шутит она. Так я и поверил. От таких, как я, не уходят. Такие, как я, на вес золота». — А что же ты делаешь, если не шутишь, Марина? — спросил он. — Я решила, что пришло время и нам с тобой расстаться. «А вот сейчас не понял, — подумал Иван. — Это она кого имеет в виду?» — Почему «и нам»? — растерянно пробормотал Иван. — А кому ещё? Марина пожала плечами. — Да всем, всем тем мужьям и жёнам, Ваня, — ответила она, — чьи отношения зашли в тупик по вине свекровей. И чьи браки поэтому можно смело назвать бесперспективными. «Сколько слов! — подумал Иван. — И слова-то какие: «отношения зашли в тупик», «по вине свекровей», «браки бесперспективные». Никогда ничего подобного от неё не слышал. А что, если она не шутит? Что, если и впрямь серьёзно хочет уйти и развестись? Надо с ней аккуратнее разговаривать. Без крика». «Неужели это сейчас я произнесла? — подумала Марина. — Господи, что теперь будет? А с другой стороны? Куда уж хуже? Сколько можно терпеть? Десять лет уже, и каждый раз одно и то же. Хватит. Натерпелась. И если решилась сказать такое, значит, меня действительно довели, значит, по-другому уже нельзя было сказать. Так что всё правильно. Можно не переживать. И продолжать в том же духе. Иначе до него не дойдёт». — Но почему сразу и «в тупик», Марина? — удивлённо пробормотал Иван. — Почему ты считаешь наш брак бесперспективным? «Пусть думает, что я повёлся на её громкие заявления и поверил, — думал Иван. — Попробую её железной мужской логикой на место поставить. Посмотрим, надолго ли её женского пафоса хватит». «Нет, — подумала Марина, — главного в моих словах он так и не услышал. Ладно. Попробую ещё раз, но с другой стороны. Может, до него и дойдёт». — Потому что ты мне вот уже полчаса лекцию читаешь насчёт того, что к нам снова приезжает твоя мама, — спокойно ответила Марина. — И учишь меня тому, как надо жить. И в этот раз до Ивана дошло.... Продолжение ниже Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!

Взяли ребенка из детского дома, мальчику было 3 года. Нам уже было по 40 лет. Сейчас сыну 14, муж ушел год назад. Встретил другую женщину, развелся, продал квартиру и уехал в другой город. Контакта с сыном не поддерживает, а я вернулась к маме. Муж даже сменил номер телефона. Мальчик под опекой, стал неуправляемым, материт меня, орет, после развода вообще, как с ума сошел, сбежал недавно из дома, искали через Лизу Алерт, нашли в другом регионе, теперь он винит меня еще и в разводе, кидается в драку. Живу в кошмаре, хочу отказаться от опеки, меня замучили проверки, акты, полиция. Написала уже заявление на отказ от опеки. Обратного хода не будет, хочу свободной жизни, без этого кошмара. Правильно ли я поступаю? Хреново на душе... Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!