Прабабушка нажала зелёную кнопку — и из планшета ей помахал правнук
Октябрина Савельевна сорок лет работала диспетчером на автобусной базе. Она знала, где застрял рейс, кому передать срочное сообщение и как голосом собрать людей быстрее любого звонка. А на пенсии вдруг обнаружила, что день стал длиннее, чем ей хотелось.
Дочь давно жила в Петербурге. Внук Глеб тоже уехал туда, женился, и недавно у него родился сын Тимофей. Октябрина Савельевна видела малыша только на снимках. Родные звали приехать, но она отвечала, что поездов боится. В глубине души ей казалось: куда теперь срываться, да и чем она там поможет?
Однажды Глеб приехал сам и привёз планшет. Бабушка посмотрела на гладкий экран с недоверием: старый телефон у неё звонил, и ладно.
— Тут мы будем видны друг другу, — объяснил внук. — И Тимку увидишь.
С первого раза ничего не получилось. Октябрина Савельевна то открывала не то окно, то случайно поворачивала экран. Она сердилась на пальцы и вздыхала, что поздно ей учиться таким штукам.
Глеб не смеялся. Он терпеливо повторял, куда нажать, показывал зелёную кнопку вызова и красную — закончить разговор. Тогда он напомнил, как бабушка десятилетиями управлялась с рацией и целой автобусной сменой.
— Неужели одну кнопку не освоишь?
Октябрина Савельевна только фыркнула, но планшет придвинула поближе. К вечеру она уже сама нашла нужный контакт. А на следующий день они договорились позвонить из Петербурга.
До полудня бабушка несколько раз проверила заряд, поправила волосы и поставила рядом очки. Когда устройство заиграло, она вздрогнула, потом быстро нажала зелёную кнопку.
На экране появилась Юля, жена Глеба. Она улыбалась и держала на руках Тимофея. Мальчик вертелся, разглядывал комнату, а потом поднял ладошку и замахал прямо в камеру.
Октябрина Савельевна наклонилась так близко, что очки сползли на кончик носа.
— Это я, Тимоша. Прабабушка, — прошептала она.
Малыш продолжал махать. Бабушка засмеялась и тут же вытерла глаза, будто в них попала пыль. Она рассказывала ему про Кимры, про Волгу за окном и про первый снег. Тимофей не понимал слов, зато слушал её низкий, уверенный голос и тянулся к экрану.
Когда разговор закончился, комната снова стала тихой. Октябрина Савельевна посмотрела на тёмное стекло и спросила Глеба, можно ли звонить самой. Он сказал, что можно: найти имя и нажать зелёную кнопку.
Вечером она долго собиралась с духом. Юля ответила не сразу, и бабушка успела подумать, что нажала куда-то не туда. Но вот экран засветился: Юля сонно улыбнулась, а рядом в кроватке завозился Тимофей.
— Сами позвонили? — удивилась она.
— Сама, — гордо сказала Октябрина Савельевна. И тут же, вспомнив диспетчерскую, добавила: — Савелово вызывает Петербург. Тимофея на связь!
Юля засмеялась и повернула камеру к малышу.
С тех пор у Октябрины Савельевны появился новый распорядок. Каждый вечер она садилась у окна, набирала внука и показывала правнуку то снежинки, то соседского кота, то птиц на проводах. Тимофей тянул руки к экрану и гулил, будто отвечал.
Через некоторое время он посмотрел на неё и произнёс короткое: «Ба».
Октябрина Савельевна замерла. Потом осторожно коснулась экрана пальцем и улыбнулась. В её жизни снова было кого ждать к вечеру — и кому первой сказать: «Приём. Я тебя слышу».
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
