Она впервые пришла в кафе без мужа. Официантка принесла то, чего женщина не заказывала
Наталья стояла у двери и держалась за ручку. Полгода проходила мимо, каждый раз находила срочное дело дома. Но дома её ждали две комнаты и чайник на одного.
Они с Альбертом приходили сюда по субботам одиннадцать лет. Садились у окна, наблюдали за прохожими. Он говорил: весь город куда-то идёт, а мы сидим. Брали чай и один кусок медовика на двоих.
Теперь их столик был свободен.
Наталья села. Переложила сумку с колен на соседний стул и обратно. Не знала, куда деть руки.
Подошла молодая официантка. На бейдже — Дарья.
— Что будете?
— Чай. С лимоном.
Наталья раскрыла меню, но буквы расплывались. Достала платок, притворилась, что насморк. За окном шла пара под одним зонтом, хотя дождь уже кончился. Альберт обязательно заметил бы и пошутил.
Двадцать шесть суббот без него. Она не собиралась считать, просто так получалось.
Первое время дочь часто приезжала. Потом реже: работа, дети. Наталья не обижалась. Только выходные снова стали пустыми. Даже готовить было неинтересно. А сегодня зачем-то накрасила губы, надела пальто и дошла до Почтовой.
Дарья принесла чай. Рядом поставила медовик.
— Я не заказывала.
— От заведения. Попробуйте, пожалуйста.
Наталья хотела отказаться. Посмотрела на знакомые слои — и растерялась. Альберт брал именно такой. Каждую субботу.
Слёзы всё-таки пошли. Она сидела у окна, не пряча лицо, пока вокруг звенели чашки и кто-то обсуждал футбол. Обычный день продолжался, будто ничего не изменилось.
Потом взяла ложку. Торт был сладкий, привычный. Вспомнила, как муж однажды уронил ложку и смеялся над приметой: значит, кто-то придёт.
В кафе зашли студенты. За дальним столом расположились двое юношей и девушка. Наталья смотрела на них и вдруг вспомнила свою молодость. Они тоже ходили втроём: она, Альберт и его друг Егор. Сначала нравился Егор, красивый, самоуверенный. Не сложилось. А с тихим Альбертом прожили почти пятьдесят лет.
Когда гостей стало меньше, Дарья подошла снова. Спросила, можно ли присесть: у неё короткий перерыв.
— Вы раньше вдвоём приходили. Ваш муж медовик любил.
Наталья прижала платок к губам.
— Вы запомнили?
— Думала, переехали. А сегодня вы одна, и я поняла.
Женщина кивнула. Объяснять не получалось.
Дарья рассказала, что её бабушка после смерти деда по-прежнему спит только на своей половине кровати. Вторую не трогает, словно он сейчас вернётся.
— Я тоже, — тихо сказала Наталья.
Они помолчали. Впервые за день тишина не требовала ничего скрывать.
— Хороший он был? — спросила девушка.
И Наталья заговорила. Про школьное дежурство, с которого всё началось. Про забытые даты и мимозу, принесённую посреди зимы: увидел, тебя вспомнил. Про дырявую память, его шутки и субботы у окна.
Дарья слушала. Не спешила рассказывать похожее, не успокаивала словами, что время всё вылечит. Наталья дошла до смешной истории и неожиданно засмеялась сама.
Потом заметила новые столики, людей у входа. Перерыв давно закончился.
— Спасибо. Выговорилась. С дочерью не получалось: обе сразу замолкали, боялись расплакаться друг при друге.
Девушка поднялась, попросила заходить ещё. Хоть на чай.
Наталья пообещала. На этот раз не из вежливости.
На улице уже вечерело. Она застегнула пальто и пошла к остановке. Тяжесть осталась. Но рядом появилось что-то тёплое: сегодня про Альберта слушали так внимательно, что он на несколько минут снова словно сидел за столиком.
У автобуса Наталья оглянулась на окно кафе. Там уже сидели другие люди. В следующую субботу она придёт пораньше. И медовик возьмёт обязательно.
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
