«Купите шоколадку». В лице незнакомой девочки он узнал дочь, с которой не говорил пятнадцать лет
Аркадий Петрович вышел из банка, думая о контракте. Машина стояла у соседнего дома. Он уже доставал ключи, когда его окликнули:
— Дедушка, купите шоколадку. Пожалуйста.
Девочка держала небольшую коробку. Тонкая куртка, растрёпанные косички. Аркадий обернулся — и забыл, куда собирался. Так же наклоняла голову его Женя в семь лет.
Спросил имя. Настя.
— А маму как зовут?
— Женя. Она болеет, на лекарства надо.
Фамилия подтвердила то, чему он ещё пытался не верить.
Пятнадцать лет назад дочь ушла из дома. Выбрала Стаса, автомеханика. Отец считал его недостойным: ни положения, ни перспектив, всё придётся начинать с нуля. Женя хлопнула дверью. Он ждал, что одумается. Каждый прошедший год делал первый звонок труднее.
Аркадий убеждал себя, что у неё своя жизнь. Иногда сердился: могла бы сама объявиться. Теперь перед ним стояла внучка, о существовании которой он не знал.
Настя рассказала про младшего брата. Про папу, погибшего два года назад. Мама работала сколько могла, потом заболела. Девочка решила хоть немного помочь.
Он купил шоколадки. Попросил передать маме, что встретил её старого знакомого и хочет поговорить. Настя поглядывала недоверчиво: на маминого друга мужчина в таком пальто не очень похож.
У знакомой фамилии больше не было ни роскошного дома, ни удобного объяснения про другую жизнь. Был старый подъезд и третий этаж, на который Аркадий поднимался, держась за перила.
Женя вышла в прихожую. Похудевшая, бледная. Узнала его сразу.
— Папа? Зачем ты здесь?
Он приготовил много слов по дороге. Все исчезли.
— Встретил Настю. Не смог уйти.
Дочь опустилась на диван.
— Пятнадцать лет мог.
Аркадий сел рядом, оставив между ними место.
— Думал, вернёшься, попросишь прощения. А должен был сам позвонить. Потом искал повод, когда уже поздно было искать поводы.
Женя смотрела в сторону. Рассказала о смерти мужа, работе, болезни. Он слушал, стараясь не перебивать предложениями всё немедленно решить.
Всё-таки не удержался:
— Почему не позвала?
Она усмехнулась.
— Хотела доказать, что справлюсь. И не возвращаться с протянутой рукой. Похожая у нас с тобой гордость, да?
Из комнаты выглянул маленький Дима. Спросил, кто пришёл. Женя помолчала, потом сказала:
— Мой папа. Твой дедушка.
Мальчик подошёл ближе.
— А почему раньше не приходил?
Аркадий посмотрел ему в лицо.
— Потому что был упрямым и очень глупым.
Он не стал обещать ребёнку, что теперь сразу всё будет хорошо. Попросил Женю разрешить помочь с обследованиями и лечением. Та сначала молчала. Потом кивнула: сил отказываться уже не было, да и делать это ради старой ссоры она больше не хотела.
Пока дочь занималась здоровьем, дети стали бывать у деда. Большой тихий дом внезапно наполнился вопросами: где чашки, можно ли здесь рисовать, почему столько пустых комнат.
Аркадий учился заплетать Насте косички. Получалось криво. Дима показывал, какую книгу читать перед сном. Делегировать это домработнице почему-то не хотелось.
Женя восстанавливалась после лечения. Отец приезжал, спрашивал, что привезти. Уже не объяснял, как ей следует жить. Иногда между ними возникало неловкое молчание. Теперь он оставался рядом, пока находились слова.
Однажды вся семья собралась за столом. Дочь испекла пирог по маминому рецепту. Аркадий узнал запах ещё из коридора.
Позже Настя спросила, можно ли называть его просто дедом. Он кивнул. Девочка обняла его и побежала к брату.
На столе осталась одна шоколадка из той коробки. Аркадий положил её в кухонный ящик. Рядом с обычными мелочами, которые теперь покупал к приезду внуков.
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
