На корпоративе ей объявили, что она устарела. На новом собеседовании за столом сидел тот же директор
Галина Петровна купила к празднику синее платье. В ресторане уже сидел почти весь отдел. Одиннадцать лет вместе — клиенты, переговоры, срочные договоры, командировки.
Громов появился позже. Произнёс тост о команде, о трудном годе. Когда принесли горячее, неожиданно окликнул её через стол:
— Со следующего года меняем структуру. Нужны молодые, динамичные. Вы хороший человек, но ваш формат устарел. С января прощаемся.
Коллега рядом перестала жевать. Галина смотрела на бокал в его руке.
— Прямо здесь решили сказать?
— Лучше заранее. Успеете подготовиться.
Она промокнула губы салфеткой. Встала, взяла сумку, пожелала всем приятного вечера.
В гардеробе руки почему-то не дрожали. На улице шёл снег. Галина постояла под фонарём, потом поехала домой.
Дочь позвонила поздно. Услышала про корпоратив и несколько секунд молчала.
— Что будешь делать?
— Работу искать.
Утром Галина обновила резюме. Не стала писать, какая она ответственная и общительная. Перечислила проекты, клиентов, сделки. Всё то, что делала, пока Громов появлялся на финальных встречах с представительской улыбкой.
Первый подходящий отклик пришёл через несколько дней. Средняя компания, работа с корпоративными заказчиками, руководящая должность. Галина перечитала требования и договорилась о встрече.
В переговорной поставили воду. Сотрудница по подбору персонала сказала, что финальное интервью проведёт генеральный директор. Галина сидела и думала, что зря взяла этот шарф: давит на шею.
Дверь открылась. Вошёл Громов.
Увидел её и остановился. Вместо привычного дорогого пиджака — серый свитер. В руках папка с её резюме.
— Вы знали, что я здесь?
— Нет. Увидела вакансию. Она мне подходит.
Он недавно перешёл в эту компанию. Несколько секунд молчал, потом предложил рассказать о последних проектах.
Галина говорила спокойно. Какие задачи ставились, как договаривались с трудным заказчиком, где ошиблись и что исправили. Громов записывал. Не перебивал, не дополнял фразами о собственной роли, как бывало раньше.
Когда она закончила, отложил ручку.
— Мне нужно сказать про корпоратив. Так разговаривать с вами было неправильно. При всех. Решение о сокращении принимал владелец, но форму выбрал я. Это моя ошибка.
Галина посмотрела на него внимательнее.
— Почему вы говорите это сейчас?
— Потому что должен был сказать раньше.
За стеклянной стеной прошёл человек с кружкой. Они оба дождались, пока стихнут шаги.
— Собеседование настоящее? — спросила она.
— Да. Нам нужен специалист. Резюме сильное, я это увидел до вашей встречи со мной.
— Я знаю.
Он поднял голову. Кажется, такого простого ответа не ожидал.
Галина сама удивилась, насколько спокойно произнесла. На корпоративе она могла молча уйти. Но один чужой тост не отменял одиннадцати лет её работы.
— Вы готовы работать здесь, если директор я?
Она сделала глоток воды.
— Зависит от условий. И от того, как здесь принято разговаривать с людьми.
Громов кивнул.
Они обсуждали задачи, полномочия, зарплату. Галина не спешила соглашаться. Уточнила, кому подчиняется отдел, какие результаты от неё ждут. Записала ответы в блокнот. Он отвечал без прежней снисходительности.
На улице было холодно. Галина написала дочери: встреча прошла хорошо. Подумала, что подробно расскажет вечером. Поправила неудобный шарф и пошла к метро.
Предложение пришло в среду. Оклад оказался выше, чем она просила. Галина прочитала письмо дважды, задала оставшиеся вопросы. Только получив ответы, согласилась.
Синее платье она повесила в шкаф. Оно ей по-прежнему нравилось. Чужому неприятному вечеру отдавать ещё и его не собиралась.
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
