Я увидел фотографию трёх старых друзей на прогулке. Меня не позвали, зато рядом с ними сидел незнакомый мужчина
Красная куртка бросалась в глаза. Незнакомец положил руку Мише на плечо, Сергей держал ветку, Игорь ел бутерброд. Все довольные.
Для пятого человека на скамейке оставалось место. Я увеличил снимок и позвал жену.
Таня наклонилась к телефону.
— Какой хороший пруд. Где это?
Меня обидели, а она смотрела на воду.
Нам с ребятами по шестьдесят с лишним. Вместе работали, потом разошлись по предприятиям, но дружбу сохранили. На похоронах моих родителей все трое стояли рядом. Когда Игорь сломал ногу, возили его по врачам.
А теперь гуляют с каким-то четвёртым.
Вечером я позвонил Игорю. Долго спрашивал про здоровье и жену, затем всё-таки перешёл к фотографии.
— Смотрю, у вас пополнение.
— Володя? Мишин двоюродный. На неделю приехал.
Оставалось дождаться извинений. Игорь вместо этого рассказал про утку, отказавшуюся от Володиного хлеба.
— Меня можно было и не звать?
Пауза.
— Стёпа, ты же попросил больше не звать на прогулки.
Слова я вспомнил сразу. В июле предложили выбраться к пруду. Я ответил, чтобы плелись сами, раз делать нечего. Хотел спокойно посмотреть матч. Матч, правда, был вечером, а звали утром.
В июне отказался от усадьбы: автобус наверняка набьётся пенсионерами. На Мишино замечание, что мы сами пенсионеры, ответил: совсем другое дело.
В мае не пошёл на выставку старых машин. Присланные снимки оценил: в интернете лучше видно.
По отдельности каждый отказ казался разумным.
— Могли бы ещё раз спросить, — сказал я.
— Спрашивали. Я уже не знаю, что предложить. На чай ты приходишь, вот на чай и зову.
Три недели назад мы действительно сидели у Игоря. Я съел две порции пирога и остался вполне доволен дружбой. Только сейчас пирог почему-то не считался.
Разговор закончил, сославшись на разобранное окно. Окно было целое.
Таня села рядом с вязанием.
— Когда ты сам их куда-нибудь приглашал?
— На день рождения.
— В феврале. А просто так?
Я стал перебирать встречи. Созванивался, советовал, жаловался. Выбрать место, договориться о времени, собрать всех — этим занимались другие. У них хорошо получалось.
Во вторник позвонил Миша: понадобился номер мастера по замкам. Перед прощанием я спросил, собираются ли они снова к пруду.
— В воскресенье. Ты хочешь?
Чуть не ответил привычное «посмотрим». Удобно: ничего не обещаешь, а люди должны позвонить ещё раз.
— Хочу. Во сколько?
Таня пойти не смогла, договорилась с сестрой. Самому до парка идти было непривычно, хотя за шестьдесят шесть лет я мог бы научиться.
В воскресенье моросило. У окна сразу нашлись причины остаться: скамейки мокрые, кофе дорогой, дорожку новую и без меня осмотрят.
Жена не уговаривала. Пришлось достать куртку и решать самому.
У киоска Сергей спорил с Мишей о прогнозе. Игорь поднял свободную от булочки руку.
— Стёпа! Тебе брать?
Никто не язвил, не спрашивал, что заставило меня выйти. Я приготовил ответ про долгие уговоры, но он не понадобился.
Мы шли вдоль воды, вспоминали старые поездки. Сергей полез за очками, а я снял с его брюк репейник. Он накануне проверял новую тропу и пробрался через кусты ради нашей прогулки.
Обратно я предложил в следующий раз встретиться в моём районе. После прогулки зайдём ко мне, пожарю картошку. Сергей обещал принести огурцы.
У остановки стало жалко расходиться. Диван и окно оставались дома, никуда не делись. А друзья уже смотрели расписание автобусов.
— Может, ещё кофе?
Миша убрал часы под рукав. Полчаса у него было. Игорь первым шагнул к переходу, и я пошёл рядом.
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
