Мальчик продавал рисунки у автовокзала, чтобы купить маме билет к отцу. Женщина подняла выпавший конверт — и узнала почерк матери, умершей шесть лет назад
— Тётенька, купите кота. Мне маме на билет не хватает.
Ирина уже прошла стеклянные двери, но вернулась. Мальчику было лет девять. На открытой папке лежали рисунки, на коленке белел след мела.
Она протянула двести рублей. Он потянулся за котом, и из рюкзака выскользнул конверт.
«Соколовой Ольге Сергеевне». Ирина узнала длинный хвостик у буквы, аккуратные цифры индекса. Мама так писала даже список продуктов. Только мамы не было уже шесть лет.
— Откуда это у тебя?
— Дома взял. Отдайте.
Ольгу Ирина помнила: несостоявшаяся невестка. Брат Андрей говорил, что она его бросила. Ирина тогда написала ей немало злых сообщений.
О ребёнке брат не сказал ни слова.
— Твоя мама хочет в Самару?
— Не знает пока. Денег она бы не взяла. А билет пришлось бы взять. Там папа.
Мальчика звали Миша. Он нашёл старые письма, разыскал отца в интернете и написал ему. Сообщение было прочитано. Ответа месяц не было.
Ирина проводила его домой и набрала брату:
— У тебя есть сын?
Андрей сначала спросил, почему Ольга отпускает ребёнка одного. Сестра остановила:
— Начни с того, почему я узнаю о племяннике на улице.
На следующий день Ирина встретилась с Ольгой в пекарне. Извинилась за давние слова и впервые выслушала её.
Перед свадьбой Андрей уговорил невесту взять кредит на шиномонтаж. Дело развалилось. Семье он объяснил отмену свадьбы её уходом, хотя они ещё жили вместе, а Ольга ждала ребёнка.
Миша родился раньше срока. После больницы Андрей уехал «на заработки» и исчез почти на три недели. Потом вернулся с новыми долгами. Ольга попросила его съехать.
Однажды он приехал пьяный, хотел забрать сына гулять, кричал и разбил стекло в двери. После этого встречи разрешались только трезвым и при матери. Андрей обиделся на условия — и постепенно перестал приезжать.
Бабушка знала правду. Присылала Мише вязаные вещи и письма. В последнем оставила самарский адрес: надеялась, взрослые когда-нибудь поговорят. Ребёнок понял иначе — нужно купить билет, и родители снова будут вместе.
— Я хочу, чтобы он перестал думать, будто должен заслужить себе отца, — сказала Ольга.
В субботу встретились у Ирины. Андрей привёз карандаши. Миша пакет не взял.
— Почему ты мне не ответил?
— Не знал, что сказать. Но ответить должен был сразу.
— Мама не разрешала?
— Нет. Мама тут ни при чём.
Он сам рассказал про разбитую дверь. Не попросил Ольгу объяснить за него, не назвал себя несправедливо обиженным.
Позже Миша показал рисунок рыбака с огромным ведром. Андрей подвинулся ближе. Пакет с сорока восемью карандашами мальчик забрал уже в прихожей.
Ольга сказала Андрею тихо:
— Между нами это ничего не меняет. И не обещай сыну того, чего не сделаешь.
На следующий день они втроём пошли в парк. Потом были звонки, фотографии, новые договорённости. Однажды Андрей опоздал позвонить. Миша ждал у телефона; мать начала сердитое сообщение и стёрла. Отец объяснялся с сыном сам.
Ирина не уверяла Ольгу, что брат изменился навсегда. Ещё рано было знать.
Перед очередной субботой Миша спросил:
— Может, ему напомнить?
— Не надо. Он помнит.
В пятницу Андрей сам уточнил, нужны ли резиновые сапоги. А утром стоял у двери в мокрой куртке. Миша торопился так, что застрял пяткой в сапоге.
Подпишись на нас, чтобы не пропустить!
