Месяц назад я купила себе квартиру. Надо мной жил мужчина.. Никогда не шумел, иногда встречала его в лифте — кивнет и молчит. Думала идеальный сосед, пока мою квартиру не затопило..
Я помчалась к нему в квартиру. Дверь была приоткрыта. Я позвала — тишина. Вошла.
В квартире было пусто. Ни вещей, ни мебели. Только в зале стоял стул и на стене работающий телевизор.
Взглянув на экран я опешила! Телевизор транслировал мою квартиру. Камеры были во всех комнатах — в спальне, в ванной, на кухне.
А потом на экране появился он. Стоял прямо у меня за спиной. В отражении. Я обернулась — никого. Посмотрела на экран — он улыбнулся и показал палец вверх. Я подняла голову.
На потолке был люк. И из него свешивалась верёвка. По ней кто-то спускался. Я рванула к двери. Она была заперта.
А динамик телевизора ожил:
— Не спеши. Я так долго ждал тебя. Сегодня будет интересная программа. Про тебя. И про то, как ты...
... как ты родилась. И кто твой настоящий отец.
Я замерла. На экране была женщина в больничной палате — моя мама, только молодая. Рядом стоял мужчина. Я узнала его. Это был он. Мой сосед.
— Тридцать лет назад, — раздался голос из динамиков, — я любил твою мать. Но она выбрала другого. Сказала, что я ей никто. А потом родила тебя. Только я знал, что ты — моя.
Я смотрела на экран, не веря. Мама всегда говорила, что мой отец умер до моего рождения.
— Она запретила мне приближаться к тебе. Пригрозила полицией. Я ушёл. Но следил. Все эти годы. Ждал, когда ты вырастешь и придёшь ко мне сама. И ты пришла. В мой дом.
Люк на потолке открылся. Оттуда спустилась лестница.
— Поднимайся, дочка. Я покажу тебе комнату, которую готовил для тебя тридцать лет. Там всё, что ты захочешь узнать. И кое-что ещё.
Я стояла и смотрела на лестницу. В голове билась одна мысль: бежать. Но дверь заперта. Окна — решётки. Только наверх.
Я поднялась.
На чердаке была комната. Стены в фотографиях — я в детстве, я в школе, я на выпускном. И огромный стол, заваленный папками. Документы, письма, анализы ДНК.
— Я ждал, — сказал он, сидя в кресле. — Знал, что однажды ты меня найдёшь. Или я тебя. Но ты пришла сама. Значит, судьба.
— Зачем все эти камеры? Зачем следить?
— Чтобы защитить. Тот, кого ты считаешь отцом, — не твой отец. Он знал. И он... он хочет тебя убить. Потому что ты — единственная, кто может получить наследство, которое я оставил. А я оставил всё тебе.
Он протянул ключи.
— Завтра утром придут нотариусы. Ты подпишешь бумаги. А потом уедешь. Куда захочешь. Я не буду мешать. Я просто хотел, чтобы ты знала правду.
Я взяла ключи. Посмотрела на него. Он плакал.
— Ты правда мой отец?
— Правда.
Я обняла его. Впервые в жизни.
Утром мы встретили нотариусов. Я подписала документы. Тот, кого я считала отцом, действительно пытался меня убить — его арестовали через неделю. А мы с настоящим отцом теперь видимся каждые выходные.
Он переехал в соседний подъезд. Камеры убрал. Иногда мы смотрим телевизор вместе. Без слежки. Просто так.
Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!
