На дачу мы ходили с бабулей каждый день. Возвращались домой уже в то время, когда все интеллигентные люди, засыпая, роняли книги. В тот вечер мы возвращались совсем по-тёмному. Путь лежал мимо конного двора, через цыганский посёлок и заросли кустарников. Бабушка, как обычно, рассказывала страшные истории про чертей и домовых... И тут мы заметили что-то жуткое! «Жуткое» было под три метра ростом, с толстым животом... И какое-то неустойчивое – оно словно сомневалось в своём существовании.
⠀
Тогда я впервые почувствовала, как сердце может биться в неожиданных для ребёнка местах.
У бабушки тоже всё билось, поэтому она меня задвинула в кусты и приказала:
– Читай «Отче наш»!
А у меня язык, как лопата — совсем не гнётся.
⠀
Чудище приближалось.
⠀
И тут я подумала, что если не прочитаю молитву, то всё. И как заору на весь цыганский посёлок:
– Отче нааааааш!!! Сущий на небееесах!!!
Бабушка вздрогнула. Кусты отшатнулись. Чудище как-то странно затанцевало.
Могущество молитвы меня воодушевляло.
⠀
– И пррррости нам долги нааааши!!!
Ревела я как бык.
Бабушка подхватила, ведь нужно было обезопасить каждый сантиметр бытия.
⠀
Так мы из кустов выкрикивали молитвы и крестились: бабуля во спасение, я в защиту.
⠀
Когда мы пришли в себя, оказалось, что чудище – это удивленная лошадь! А на лошади сторож конного двора. Тоже удивлённый вуcмeрть. Мы его хорошо знали и он нас, но здороваться никто не стал.
⠀
Ба сказала, что молитв пока достаточно, потом оттянула ворот и подула себе под халат. Когда сердце «барахлило», она его так остужала.
⠀
Дальше мы шли через рельсы и бабушка говорила, что если бы не я, то она даже не знает... Потому что детская молитва – она очень сильная.
А дома они с мамой трусили бюстами от смеха, и подолом вытирали слёзы.
⠀
Потом ба долго ещё рассказывала эту историю: на праздниках, попутчикам в поездах и однажды по телефону, когда ошиблась номером.
И всегда все смеялись, и бабушка громче всех.
