Чудеса в послевоенные годы.
Не посчитайте эту историю за мою фантазию. Всё так и было. В 1946 году, летом, отец, только в конце 1945 года приехавший после войны домой и едва проработавший полгода, уехал в Бодайбо, якобы проведать родителей и подзаработать. Неработающая мама осталась с четырьмя детьми где-то на шестом месяце беременности. Чтобы как-то выжить, она ходила собирать чернику и брала с собой меня, двенадцатилетнюю. Потом я продавала ягоды на рынке. Отец не прислал ни рубля. Как мы выжили, не знаю.
В доме, стоявшем напротив нашего дома на берегу Лены, немногим ранее умерла 17-летняя девушка Наташа. Об этой странной смерти ходило много разных слухов. Лежала она в гробу в белом атласном платье, которое не могло скрыть большой живот. Родные говорили, что у неё была водянка. Девушку похоронили, но поминки не сделали, не с чего. Была карточная система, и даже картошки не на всех хватало, чтобы как-то перезимовать.
И вот в этом доме стало ночью появляться привидение. Родные рассказывали, что после часа ночи из-за перегородки выходила Наташа, подходила к железной печке, открывала дверку и прутиком или лучинкой шевелила дрова. Бабушка с 15-летней внучкой в ужасе вскакивали и бежали к соседям. В нашем небольшом рабочем посёлке эту страшную историю знали буквально все жители. Стали обсуждать, что делать, и решили, что необходимо помянуть умершую. Еду нёс кто чего мог, кое-как стол собрали. После этого видения прекратились. Мы, ребятня, были в курсе всех этих событий.
Другой случай. Как-то мама, ушедшая по ягоды особенно далеко, не вернулась даже к ночи. Мне она строго-настрого наказала рассыпать на крыше на старых клеёнках для просушки ведра два черёмухи и не забыть накрыть её на ночь в случае дождя. Покормила я младших братьев, подустала и про наказ забыла. Ночью началась гроза, дождь хлестал как из ведра, надо было немедленно пойти спасать черёмуху, но страх от появлений Наташиного призрака сковал меня по рукам и ногам. Всю ночь я не спала: не зная ни одной молитвы, только бормотала: «Господи, помоги! Господи, помоги!» Едва рассвело, я по уступам стены вскарабкалась на крышу и была поражена: кругом всё сырое, а ягоды сухие.
Сейчас мне 90 лет, много чего за жизнь случалось, но эти события более чем семидесятипятилетней давности до сих пор помню.
