ГАРДЕРОБ
MAX ·
— С таким ребёнком домой не приезжай. Мать этого не выдержит.
Игорь сказал это тихо. В коридоре роддома сидели другие семьи — он не хотел, чтобы услышали.
Катя поправила край одеяла у лица сына.
Малыш спал. На верхней губе была расщелина. Врач уже объяснил Кате, что дальше будут консультации и лечение. Она слушала, запоминала, спрашивала, как правильно кормить.
Муж даже не спросил, как назвать ребёнка.
— Ты предлагаешь мне его оставить?
— Я предлагаю подумать о нашей жизни.
Свекровь стояла рядом с пакетом. Катя узнала вещи, которые приготовила себе на выписку.
— Тут твоё. Детское я пока не стала собирать.
— Почему?
— Катя, не заставляй произносить вслух. Ты молодая, ещё родишь. А сейчас можно всё решить. Не ты первая.
Сын во сне потянулся к Катиной груди. Она прикрыла его ладонью, будто он мог услышать.
— Мне нечего решать.
Игорь выдохнул с раздражением:
— Опять ты одна всё знаешь. А нам потом всю жизнь…
— Уходите.
Свекровь поставила пакет на пол.
— Когда успокоишься, позвони. Только не рассчитывай, что мы примем любое твоё решение.
Катя наклонилась за пакетом. Руки были заняты ребёнком, ручка всё время выскальзывала.
Игорь смотрел, как она пытается поднять вещи, и не помог.
В дверях появился его отец.
Виктор Павлович был в расстёгнутом пальто. Под мышкой держал старый семейный альбом.
— Хорошо, что вы ещё здесь.
Увидев альбом, свекровь шагнула к нему.
— Не смей. Это никого не касается.
Он отодвинул её руку и подошёл к Кате.
— Посмотри, дочка.
Между страницами лежала фотография младенца. На обороте — дата и имя.
Катя прочла их. Потом подняла глаза на мужа.
И тут случилось такое… 😱
