Из воспоминаний
Глеба Скороходова
Раневская любила выписывать афоризмы.
– Вот читайте, говорит она.
«Философ, приставший к какой-нибудь партии, в тот же день перестает быть философом». Гартман.
«Писать стихи нужно тем же языком, на котором люди говорят между собой». Вордсворт.
«Не многие умеют быть стариками». Ларошфуко.
«Единственное средство избегнуть ипохондрии – это любить что-либо помимо себя». Гегель.
«Смирись и ищи правды в самом себе». Достоевский.
«Самой высшей точкой цивилизации будет полное одичание». Руссо.
«Нет ужасных вещей для того, кто видит их каждый день». Он же.
«Искусство при свете дня».
М. Цветаева.
«Скудосердие». Она же.
«Для того чтобы обходиться без людей, нужно быть или Богом, или животным». Аристотель.
– Ну как, – спросила Ф. Г., когда я не торопясь прочел все, что было на листочках.
– Здорово, конечно, – ответил я, – но мне кажется, что, помимо всего прочего, здесь есть подтекст. Отбор этих высказываний характеризует и того, кто их отбирал.
– А как же! – воскликнула Ф. Г. – Наконец-то до вас дошло! А я все думала, когда же он поймет, что я не талмудистка и начетница, а искатель! Ищу у умных людей то, что близко мне.
Фаина Раневская
