Театр Моссовета на площади Маяковского. Семь часов вечера. Зрительный зал переполнен... Идет «Странная миссис Сэвидж». В главной роли — Раневская. Через десять минут после семи — она. Странно растерянная, испугавшаяся. Беспредельно вежливая. Вы скоро, очень скоро поймете все... Рассказывать содержание этой жестокой американской пьесы нет смысла...
Еще одна пьеса, еще жесточе — «Дальше — тишина»... Еще одна Фаина Раневская.
Нет, все та же, единая под множеством имен.
Что мне, ровеснику Фаины Георгиевны, хочется сказать сегодня? Какой гимн пропеть в ее честь? На своем веку я видел, знал, запомнил множество русских актеров, актрис. Единственный актер, рядом с которым, плечом к плечу, я решительно ставлю Фаину Раневскую, был Михаил Александрович Чехов.
Да-да!
В чем же близость этих двоих?
Добрые чувства, которые оба несут в зрительный зал.
Слезы умиления и восторга в партере и на балконах.
Да, разумеется, юмор, от которого надрываешься в смехе, — это сила великая. Наконец, последнее.
Фаина Раневская — актриса! Погодите! Она явление природы, как Ветер и Молния. Вот она кто!
Павел Антокольский
Фаина Раневская
