Оставив на некоторое время нутрий, мы посвятили день съемкам птиц и возвратились назад лишь к вечеру.
Оказавшись под сенью тамарисков, росших так густо, что они образовывали естественное укрытие, мы договорились, что в случае появления нутрий снимем их сначала из засады, а потом мы с Ли подойдем к ним поближе, так как Джонатан горел желанием заснять главных героев вместе с животными.
— Лично мне до смерти надоели фильмы о животных, в которых главный герой с умным видом долго смотрит в бинокль, потом продирается сквозь кусты, а в следующем кадре пингвин радостно отплясывает джигу, — доверительно сообщал он мне довольно громким шепотом, — и при этом всем ясно, что актер пингвина в глаза никогда не видел.
— Должен заметить, что актеру крупно бы повезло, застань он пингвина за таким занятием, — глубокомысленно заметил я, — но, кажется, я понял, что ты имеешь в виду.
— Я имел в виду… — начал Джонатан, но Ли на него зашикала.
— Мне кажется в воде, вон там, плывет что-то темное, — сказала она, показывая рукой.
— Наверное, очередная какашка, — мрачно проговорил Джонатан.
Мы с надеждой взглянули в указанном направлении и увидели тупую усатую морду с удивительно крупными желтыми зубами, медленно плывущую над поверхностью воды, оставляя за собой V-образный след мелкой ряби. Все принялись отчаянно жестикулировать, стараясь привлечь внимание находившегося в отдалении Криса, но он сам заметил зверя и занялся съемкой.
Голова подплыла к берегу, и животное с трудом вытащило на сушу свое жирное тело, похожее на обтянутый мехом воздушный шар. У него были большие голые перепончатые лапы и длинный толстый чешуйчатый, как у крысы, хвост.
Усевшись на толстый зад, зверь подозрительно принюхивался; передние лапки были сложены в уморительные кулачки, а громадные желтые зубы торчали вперед, так что казалось, он все время скалится. Единственное, чего ему не хватало, — это монокля и узкого галстучка; тогда он сразу бы стал похож на типичного среднего англичанина в представлении среднего американца. Убедившись, что все спокойно, зверек начал обстоятельно чиститься передними лапками.
У нутрии имеются сальные железы, расположенные в углах рта и у анального отверстия. Мех состоит из грубых, жестких остей и тонкого, нежного подшерстка. При выделке меха верхний грубый слой выщипывается, а подшерсток остается.
Все мы с улыбкой наблюдали за тем, как тщательно животное чистило, расчесывало и смазывало свою шерстку, не замечая ничего вокруг. Пока первый зверь был всецело поглощен столь важной процедурой, над водой показались другие морды, и вскоре несколько разнокалиберных особей, от совсем еще юных отроков до пожилых матрон, начали грузно вылезать на берег.
Вскоре уже пять-шесть нутрий сосредоточенно занимались своим туалетом, в то время как остальные продолжали плавать и нырять в канале. Приведя себя в порядок, нутрии отправились ужинать, медленно бредя вдоль берега и поедая сочную траву.
Если бы не их ужасная манера подрывать все, что попадалось на пути, с эффективностью саперной роты, эти симпатичные добродушные создания могли бы стать украшением любой местности.
📚 Натуралист на мушке
👉 Дж.Даррелл: в Макс | в Телеграм
