Первая наша остановка — у загона тапиров. Эти южноамериканские животные размерами напоминают шотландских пони, а видом — этакий гибрид древней лошади и мини-слона с укороченным хоботом. За их странные подвижные носы наша пара получила клички Клавдий и Клодетта; детеныша мы назвали Нероном.
Завидев нас, вся троица затрусила к ограде, издавая приветственный писк — совсем неожиданный звук для таких бочонков шоколадного цвета. Почесывая ухо Клавдия, я вспомнил, как впервые увидел его кротко и уныло восседающим в окне одного зоомагазина в Буэнос-Айресе.
Скудные познания в испанском языке вынудили меня обратиться за помощью к Бебите Феррейра. С важным видом она вплыла в пропыленную лавку и, пустив в ход все свое обаяние в сочетании с практичностью, какой позавидовала бы работорговка, в несколько секунд покорила сердце хозяина, так что Клавдий достался нам за полцены.
У нас Клавдий уже дважды становился отцом, и более красивого тапира мне не доводилось видеть. Пока я чесал его ухо, он вдруг с громким вздохом упал на спину, точно подстреленный, давая понять, чтобы я почесал также его животик.
Я послушался, а вечно голодный Нерон принялся жевать ухо своего родителя, отчего тот вскочил на ноги, негодующе фыркая.
Джереми сообщил мне, что никак не может найти подходящий зоопарк, куда можно было бы передать Клавдия с его семейством, и я изобразил на лице огорчение, хотя в душе был только рад этому известию.
📚 Юбилей ковчега
👉 Дж.Даррелл: в Max | в Телеграм
