— Мылом сладким пахнешь, а в машине кружева чужие. Кто она такая?!
— Ты ремень генератора третий раз за неделю подтягиваешь, Миша! — крикнула с крыльца Валерия Наумовна.
— Думаешь, я ослепла на старости лет? Крутишься вокруг мотора, лишь бы в дом не заходить!
Михаил застыл возле распахнутого капота старенького фургона. В пальцах блеснул ключ на четырнадцать. Под сапогами шуршала рыжая листва боярышника. Ветер с огородов тянул горьким дымом сожжённой ботвы.
— Нормально тут всё с ремнём, — буркнул он, не поднимая головы.
— На холодную свистел. Вот и подтянул малость.
— Свистел у него, надо же! — тёща спустилась по дощатым ступенькам, поправляя ворот старой безрукавки.
— А бриться по воскресеньям у тебя отчего засвистело? Девять лет после смены заросший приезжал. А тут второй месяц гладкий ходишь. И мылом от куртки пахнет чужим, сладким.
