ОСЕНЬЮ В ДОМЕ НАПРОТИВ ПОСЕЛИЛАСЬ СТАРУХА.
Дом стоял пустой года три, после того, как прежний хозяин, дядька Толик, умер, а наследники жили в городе. Дом был крепкий, с высоким крыльцом и яблоневым садом, который за три года одичал и зарос так, что яблоки падали в бурьян и гнили там, никем не собранные.
Новую хозяйку привезли на «Газели». Двое крепких мужиков выгрузили из кузова старый сундук, железную кровать с шишечками, несколько мешков и клетку с попугаем какаду. Сама она вылезла из кабины — маленькая, сухонькая, в чёрном пальто и сером пуховом платке, с палочкой.
Мужики уехали. Старуха осталась одна.
Звали её Клавдия Петровна. Это я узнал потом, а сначала — просто новая соседка.
Первые недели она не показывалась. Только шел дым из трубы, значит, топила печку. Да ещё попугай орал в открытую форточку: «Клава! Клава! Чаю!».
