Душевные Истории
MAX ·
Горбушка. Каждое утро Николай Иванович вставал раньше жены минут на двадцать.
Он ставил чайник, доставал масло, варенье и хлеб, который они уже много лет покупали в маленькой пекарне возле дома. Потом брал нож и отрезал первый кусок.
Горбушку. Самую румяную, хрустящую, ещё пахнущую печью. Её он всегда клал на тарелку Веры. Так было тридцать два года. Когда-то, ещё в первые месяцы после свадьбы, Николай решил, что именно горбушка — лучший кусок хлеба. Его мать в детстве всегда отдавала её детям, а сама брала середину. «Ешь, Колька. Самое вкусное тебе».
И он запомнил. Поэтому, когда женился, начал делать то же самое.
Вера ни разу не сказала, что ей не нравится. Наоборот, первое время улыбалась:
— Опять мне самое лучшее?
— А кому ещё?
Потом это превратилось в привычку.
Появились дети. Ипотека. Работа. Больницы. Выпускные. Свадьба дочери. Внуки.
Многое менялось. Но утром возле чашки Веры всегда лежала горбушка.
Иногда большая, иногда маленькая, иногда чуть подгоревшая, если хлеб был неудачный.
А Николай ел мягкую середину.
В тот октябрь Вера начала дольше сидеть за завтраком.
Она откусывала совсем маленькие кусочки и запивала их чаем.
Николай заметил.
— Зуб опять болит?
— Да нет.
— Тогда почему не ешь?
— Ем.
На следующее утро всё повторилось. Николай даже немного обиделся.
— Вер, хлеб вчерашний, что ли?
Она посмотрела на него и улыбнулась.
— Нормальный хлеб.
Он пожал плечами. У Николая Ивановича вообще была одна черта, которую Вера одновременно любила и иногда терпеть не могла. Если он решил, что делает тебе хорошо, переубедить его было почти невозможно. Он всегда покупал ей тёмный шоколад, потому что когда-то услышал, что он полезнее молочного.
Дарил хризантемы, потому что первые цветы, которые принёс ей ещё до свадьбы, были именно хризантемы. Закрывал форточку, когда она засыпала, потому что боялся, что её продует. И каждое утро отдавал горбушку. Вера привыкла. Не к горбушке. К его заботе.
В то утро Николай снова взял нож.
