Душевные Истории
MAX ·
Портниха распорола карман и положила на прилавок детскую фотографию. На обороте мать написала одну фразу, но адресовала её не дочери, разбиравшей вещи после похорон
Выбросить его не получилось. В конце октября Лида отнесла пальто в химчистку, собираясь потом передать в церковную лавку.
— Подкладка разошлась. Внутри что-то есть. Вскрывать?
Приёмщица распорола несколько стежков и вытащила сложенную вчетверо квитанцию. В графе «заказчик» значилось: «Крылова Анна Сергеевна».
Анной звали мамину младшую сестру. В семье это имя не произносили с девяносто восьмого года. Тогда Аня, двадцатилетняя студентка, исчезла вместе с деньгами, которые родители копили на дедову операцию. Мама сказала Лиде лишь однажды:
— Она выбрала себя. Мы тоже сделали выбор.
Через год дед умер, а бабушка велела убрать Анины фотографии.
В ателье пальто сдали 12 ноября 1998 года — через три недели после исчезновения Ани. Внизу квитанции сохранился адрес: общежитие на улице Мира, комната 417. Лида нашла Зою, жившую по соседству.
— Аня уехала к сестре после больницы, — сказала Зоя. — Старшая сама пришла за ней. Они ругались в коридоре. Она была в синем пальто.
— Из какой больницы?
Зоя помолчала.
— Аня потеряла ребёнка, на большом сроке. После этого ваша мама забрала её домой. А потом случилось то, что вам рассказывали.
На обороте квитанции, под грязью, проступала строчка: «Пальто забрано лично».
