После смерти отца моя мама, Вера Николаевна, осталась одна в нашем старом доме в тихом Суздале. Ей было семьдесят восемь, но она по-прежнему сама ходила в храм, покупала продукты и никогда не жаловалась. А потом каждый вечер ровно в восемь в её дверь стала стучать новая соседка — Лидия Павловна. Она неизменно приносила один и тот же домашний салат и ласково говорила: «Одной есть нельзя».
Сначала я радовалась, что рядом появился заботливый человек. Но через несколько недель мама начала забывать наши разговоры, путать даты и засыпать прямо во время телефонных звонков. Когда однажды я приехала без предупреждения, заметила, как соседка торопливо спрятала в карман тёмный пузырёк, стоявший возле салатницы. На мой вопрос она лишь нервно улыбнулась: «Обычные капли».
Утром мама дрожащими руками заперла входную дверь, спрятала телефон под подушку и прошептала так тихо, что я едва расслышала:
«Если она снова придёт завтра, ничего не ешь… и сразу вызывай полицию. Я только сегодня вспомнила, кто она на самом деле… И почему двадцать семь лет назад она поклялась уничтожить нашу семью…
