Сказала родителям жениха, что я медсестра, скрыв статус главхирурга клиники. Если бы я знала о последствиях..
Есть момент в операции, когда всё замирает. Не метафорически, а буквально. Руки в перчатках не движутся, скальпель лежит на лотке. Мониторы пищат ровно и методично. И ты стоишь над открытой грудной клеткой человека и понимаешь, что следующие тридцать секунд решат, уйдёт ли он домой к своей семье или нет. В эти тридцать секунд нет места ни страху, ни сомнению. Есть только ты, твои руки, знание и тишина внутри. Абсолютная, звенящая, освобождающая тишина.
Именно об этой тишине я думала, стоя перед зеркалом в своей квартире и глядя на три платья, разложенных на кровати. Чёрное — слишком официальное. Тёмно-зелёное — слишком молодёжное, как мне казалось. Серое в тонкую клетку, купленное три года назад на рынке у метро за смешные деньги — пожалуй, оно. Не потому, что я не могла позволить себе другое, а потому, что именно в нём я чувствовала себя собой — женщиной, которая пришла на ужин к родителям своего жениха, а не главным хирургом клиники «Меридиан», где только первичная консультация стоила столько, сколько средний россиянин зарабатывает за неделю.
Сергей позвонил в дверь ровно в семь…Открыть полностью…
